Реклама
Опрос
Как вам фанатский перевод "Сезона гроз"?

Великолепно, блестяще сохранен авторский стиль.
Хороший, добротный перевод, читать можно.
Так себе, явная любительщина, многовато ошибок.
Отвратительно, полная халтура, невозможно читать.
Не читаю, подожду официального перевода.



Результаты
Другие опросы

Голосов: 7202
Комментариев : 24
Реклама

Корректура / И рядом не лежало



Критика переводов | Доля правды | Имена | Интервью с Сапковским | Юмор | Игра Ведьмак




Татьяна Гладысь

И рядом не лежало

или за что А.Сапковский мог иметь претензии к А.Бушкову

(о переводе рассказа "Дорога, откуда не возвращаются")

 

Разговаривают дети:

- Мой папа – важнее всего, - говорит один. – Он глава фирмы, и все обращаются к нему «господин президент».

- Мой дядя – еще важнее, - спорит второй. – Он кардинал, и все его называют «выше высокопреосвященство».

- Мой папа – самый важный, - утверждает третий. – Он весит 200 кило, и все, когда его видят, говорят: «О, Боже!»

 

Позволю себе задержать внимание читателя на форме, в которой представлен данный материал. Сравнивая работу А.Бушкова с оригинальным текстом, я столкнулась с серьезной проблемой, аналогичной упоминаемой в статье «Мечом по голове»: фрагментов, в которых переводчик слишком далеко отходит от авторского текста, было так много, что сгруппировать их согласно каким-либо критериям не представлялось возможным[1]. В вышеуказанной статье я ограничилась представлением наиболее ярких фрагментов (40% всего текста рассказа) перевода. Однако поскольку автор данной работы известен (а также известны высказывания господина Сапковского относительно факта возникновения этого перевода[2]), мне хотелось бы привести здесь весь текст рассказа. Это, в свою очередь, заставило меня отказаться от традиционной таблицы «Анджей Сапковский – подстрочник – анализируемый перевод»: такой продукт был бы громоздким в использовании и неудобоваримым в чтении[3], к тому же, такое решение требовало бы от меня создать подстрочник ко всему рассказу, что никак не входило в мои намерения. Посему я позволила себе обозначить различия между переводом и оригиналом прямо в тексте перевода, помещая на полях необходимые комментарии.

И еще одно важное замечание – об источниках. Как известно, А.Бушков был первым или одним из первых известных переводчиков Анджея Сапковского. Рассказ «Дорога…» впервые был напечатан в польском журнале «Fantastyka» №8 за 1988 год. Вот как коментирует это сам Сапковский:

«Дорога, откуда не возвращаются, второй из написанных мной рассказов, появилась в 1988 году, в августовском номере ежемесячного журнала "Fantastyka" – то есть год и девять месяцев после моего дебюта, "Ведьмака", опубликованного в той же "Фантастике" в декабре 1986. (...) когда «Дорога» появлялась в «Фантастике», многократно уже здесь упоминаемый Мачей Паровски позволил себе внести некоторые редакторские изменения, не согласовывая их с автором – в конце концов, кто бы церемонился с дебютантом. Жертвами редакторского ластика стали прежде всего выражения, которых в fantasy использовать нельзя, потому что «тогда так не говорили». И в напечатанном в «Фантастике» рассказе я с некоторым удивлением обнаружил, что «дерзость» появилась на месте «наглости», а «интеллигентный» стал «мудрым» и т.п. Поскольку я горячо защищаю теорию, что fantasy происходит не в каком-то «в те времена», и как архаизация, так и какая-либо стилизация языка совершенно лишены смысла, то я устранил исправления Паровского из версии, которую Вы сейчас прочитаете, и вернулся к своей первой машинописи. Таким образом, перед Вами версия, которую англосаксы называют unabridged. Оценить, выиграл ли текст от этих изменений, предоставляю Вам.»[4].

Поэтому сразу можно было предположить, что, в силу вышеуказанных обстоятельств, неминуемо возникнут разногласия между текстом рассказа от 2000 года (и последующих) и - даже самым точным – переводом, сделанным по более раннему изданию «Дороги...». Чтобы подобные несоответствия не были причислены к ошибкам переводчика, я в этой работе обратилась именно к ранним изданиям рассказа[5] и тщательно сверила эти редакции с более поздними, а также с текстом перевода. Анализ обнаруженных в текстах различий (а их более 20) позволяет с большой вероятностью утверждать, что источником для перевода А.Бушкова послужила ранняя версия рассказа, помещенная в антологии "Cowiększemuchy"[6]. Поскольку однако 100-% уверенности у меня нет (в 4 предложениях переводчик явно следует тексту других версий этого рассказа), то фрагменты, где перевод расходится с текстом издания "Cowiększemuchy", но соответствует другим редакциям рассказа, также не обозначены как ошибка.

Хочу также отметить, что данный перевод я оценивала не так строго, как все предыдущие. Такой подход был вынужденным шагом. Обуславливали его, с одной стороны, стиль работы господина Бушкова (передача смысла, но не точного содержания текста[7]), с другой стороны – форма этой статьи: обозначение всех (буквально) несоответствий между двумя текстами отвлекло бы внимание читателей от тех более серьезных искажений оригинала. Таким образом, исправления наносились лишь в том случае, если перевод каким-либо образом нарушал смысл текста А.Сапковского либо терялись какие-либо существенные детали. Вот несколько примеров подобных фрагментов, в которых различие между переводом и оригиналом не было обозначено как ошибка:

 

  • «Надел рубашку с окровавленным рукавом, кафтан, поднял с земли пояс с мечом, кошелем и манеркой, застегнул пряжку в виде драконьей головы.» В оригинале не застегнул пряжку», а «пояс (...), застегиваемый пряжкой»[8]. Однако изменение это несущественно.
  • «Или лучше повесить за ноги на воротах и содрать шкуру, как с угря.». В оригинале – «на дверях овина»[9], однако в контексте всей сцены данная подробность кажется несущественной.
  • «Кузнец не ждал, пока человек рухнет с коня. Припустил бегом через двор.» - пропущено слово «наискосок» - «бегом наискосок через двор»[10] - аналогично, деталь не столь существенна.
  • «Светловолосый спрыгнул с коня и побежал через двор, отсекая высокого Ворона от его коня.» - В оригинале человек «соскользнул с коня»[11]. Хотя это изменение влияет на образ (иная пластика движений) одного из главных персонажей, нарушение авторского текста здесь менее серьезно, чем в других фрагментах, а посему не обозначено как ошибка.
  • «Корин с удивлением ощутил, что его охватывает удивительный энтузиазм, а страх перед тем, что кроется на перевале, страх перед неведомым - исчезает напрочь тем быстрее, чем сильнее сияет самоцвет на лбу Висенны.» Хотя в оригинале нет ни слова о том, что камень на лбу Висенны разгорается: «страх перед неведомым исчезает напрочь, становится несущественным – так долго, как долго сияет светлый камень на лбу Висенны»[12] - сохранен смысл: зависимость настроения Корина (и крестьян) от колдовства Висенны.
  • «Вмешался, потому что люблю драку, и мне все равно, с кем биться, лишь бы биться.» - В оригинале нет слов «лишь бы биться»[13], но, хотя они и вносят дополнительный смысловой оттенок: «говорящий очень любит биться», это изменение не было обозначено как ошибка.
  • «Коротышвнимательно смотрел на чародейку поверх конской головы. Он был немолод - личико сморщенное, шерсть поседела.» - В оригинале описание внешнего вида персонажа длиннее: «шерсть была почти седой, то тут, то там виднелись белые пряди»[14]. Тем не менее, весь этот фрагмент образно представляет именно седину.
  • «С ладони Висенны сорвалась ослепительная молния, ударила в кащея, размазалась по его панцирю сетью из огненных языков». С одной стороны, автор не употребил слова «молния», в оригинале это «ослепительно-светлая, зигзагообразная полоска света»[15], с другой стороны, слово молния подходит для названия такого явления.

И так далее. Несомненно, все эти мелкие разногласия я не преминула бы указать в более на совесть сработанном переводе.

Что касается стиля, то, в связи с количеством появившихся в переводе искажений, дать его полную оценку не представляется возможным. Необходимо однакозаметить, что стиль перевода неоднороден и не всегда соответствует оригиналу, а вкрапления высокого стиля оказываются, как правило, не к месту. Более того, возражения вызывает стиль этого текста как такового. Вот только несколько примеров того, как А.Бушков управляется с русским языком:

  • «Второй всадник был человеком. На него надет темно-зеленый плащ Ворона, но из-под шлема смотрят светло-голубые, а не красные глаза. Но в этих глазах было столько отчужденности, холодной жестокости, что Микулу охватил нешуточный страх.»
  • «Микула подскочил и поднял с земли Коротыша, но тот отпихнул его, схватил меч, крикнул так, что заглушил предсмертные вопли коня, набросился на кащея.»
  • «Неужели мы действительно окажемся ненужными людям? Дажев таких несложных делах, как лечение?»[16]

 

Условные обозначения изменений в тексте:

Висенна придержала коня, прислушалась, потом осторожно тронулась вперед узкой лесной тропинкой.

= слова «узкой» нет в оригинале.

Подъехав ближе, Висенна увидела, что глаза у него открыты. Уже раньше она заметила, чтоИ он ранен.

в переводе пропущены слова «Уже раньше она заметила, что».

Он сидел посреди поляны (распутья), прислонившись спиной к столбу.[п3]

красный жирный текст - перевод А.Бушкова, красный (в скобках)подстрочник(!) соответствующего фрагмента оригинала.

[п3]А так выделены примечания.

 

Все выделенные в переводе фрагменты соответствующим цветом обозначены и в оригинальном тексте.

 

Droga, z której się nie wraca

Дорога, откуда не возвращаются

Комментарии

Ptak o pstrokatych piórkach, siedzący na ramieniu Visenny, zaskrzeczał, zatrzepotał skrzydełkami, z furkotem wzbił się i poszybował między zarośla. Visenna wstrzymała konia, nasłuchiwała chwilę, potem ostrożnie ruszyła wzdłuż leśnej dróżki.

Пестрая птица на плече Висенны вскрикнула вдруг, затрепетала крыльями, шумно взлетела и исчезла меж деревьями. Висенна придержала коня, прислушалась, потом осторожно тронулась вперед узкой лесной тропинкой.

 

Mężczyzna zdawał się spać. Siedział opierając się plecami o słup pośrodku rozstaju. Z bliższej odległości Visenna zobaczyła, że oczy ma otwarte. Już wcześniej spostrzegła, że jest ranny. Prowizoryczny opatrunek, pokrywający lewe ramię i biceps, przesiąknięty był krwią, która jeszcze nie zdążyła sczernieć.

Мужчина казался спящим. Он сидел посреди поляны (распутья), прислонившись спиной к столбу. Подъехав ближе, Висенна увидела, что глаза у него открыты. Уже раньше она заметила, чтоИ он ранен. Повязка на левом плече пропитана кровью, не успевшей еще засохнуть.

 

- Witaj, młodzieńcze - odezwał się ranny, wypluwając długie źdźbło trawy. - Dokąd zmierzasz, jeśli wolno spytać?

Visennie nie spodobał się "młodzieniec". Odrzuciła kaptur z głowy.

- Spytać wolno - odpowiedziała - ale wypadałoby uzasadnić ciekawość.

- Wybaczcie, pani - rzekł mężczyzna, mrużąc oczy. - Nosicie męski strój. A co do ciekawości, to jest ona uzasadniona, a jakże. To jest niezwykłe rozdroże. Spotkała mnie tu interesująca przygoda...

- Widzę - przerwała Visenna, patrząc na nieruchomy, nienaturalnie skręcony kształt, leżący na wpół zagrzebany w poszyciu nie dalej niż dziesięc kroków od słupa.

- Здорово, парень, - сказал раненый, выплюнув длинный стебелек травы. - Куда направляешься, можно ли спросить?

Висенне не понравился «парень». Она отбросила с головы капюшон.

- Спросить-то можно, - сказала она. - Только оправданно ли любопытство?

- Простите, госпожа, - сказал мужчина, прищурив глаза. - Одежда на вас мужская, вот я и подумал.. А любопытство оправданно, еще как. Очень уж необычная эта дорога. Мне тут попадались интересные приключения(развилка. Со мной тут произошло интересное приключение)...[п1]

- Вижу, - кивнула Висенна, глядя на неподвижный, неестественно скрюченный предмет, лежавший в папоротнике шагах в десяти от пня (столба). [п2]

[п1]У Сапковского Корин говорит не о дороге (от пункта А до пункта Б), на которой ему попадались(несколько раз!) интересные приключения, а о развилке дорог, у которой он находится, и произошедшем именно здесь приключении (одном!).

 

[п2]Вопрос: какого еще пня? Да не пня, а столба, того самого, возле которого сидел мужчина. Интересно, что ранее у переводчика не возникало проблем с переводом этого слова.

Mężczyzna podążył za jej spojrzeniem. Potem ich oczy spotkały się. Visenna, udając, że odgarnia włosy z czoła, dotknęła diademu, ukrytego pod opaską z wężowej skóry.

Мужчина проследил за ее взглядом. Потом их глаза встретились. Висенна, притворившись, что отбрасывает волосы со лба, коснулась диадемы, спрятанной под ремешком из змеиной кожи.

 

- A tak - rzekł ranny spokojnie. - Tam leży nieboszczyk. Bystre macie oczy. Pewnie uważacie mnie za rozbójnika? Mam rację?

- Nie masz - powiedziała Visenna, nie odejmując ręki od diademu.

- A... - zająknął się mężczyzna. - Tak. No...

- Twoja rana krwawi.

- Większość ran ma taką dziwną wlaściwość - usmiechnął się ranny. Miał ładne zęby.

- Pod opatrunkiem, zrobionym jedną reką, będzie krwawić długo.

- Czyżbyście chcieli zaszczycić mnie swoją pomocą?

- Ну да, - сказал раненый спокойно. - Там лежит покойник. У тебя (вас)зоркие глаза. Принимаешь(ете) меня за разбойника? [п3] Прав я?

- Неправ, - сказала Висенна, не отнимая руки от диадемы.

- А... - он был сбит с толку. - Так. Но... - Твоя рана кровоточит.

- Большинство ран имеет такую удивительную особенность, - усмехнулся раненый. Зубы у него были красивые.

- Под повязкой, наложенной одной рукой, кровоточить будет долго.

- Может, вы окажете мне честь и поможете? (Неужто вы хотите оказать мне честь и помочь?) [п4]

[п3]Корин все время обращается к Висенне на «вы»! Отсюда ее замечание И я не терплю, когда ко мне обращаются во множественном числе. У переводчика же герой перескакивает с «вы» (Одежда на вас мужская (...))на «ты» (У тебя зоркие глаза. Принимаешь меня за разбойника?) и обратно (Может, вы окажете мне честь и поможете?).

 

[п4] Предложение Может, вы окажете мне честь и поможете?, прознесенное без иронии, превращается в просьбу. Таким образом, перевод А.Бушкова допускает два варианта восприятия слов Корина. В оригинале фраза звучит однозначно иронически.

Visenna zeskoczyła z konia, drążąc obcasem miękką ziemię.

- Nazywam się Visenna - powiedziała. - Nie zwykłam robić nikomu zaszczytów. Poza tym, nie cierpię, kiedy ktoś zwraca się do mnie w liczbie mnogiej. Zajmę się twoją raną. Możesz wstać?

- Mogę. A muszę?

- Nie.

Висенна соскочила с коня, продавливая каблуком мягкую землю.

- Меня зовут Висенна, - сказала она. - Я не привыкла "оказывать честь". Кому бы то ни было. И я не терплю, когда ко мне обращаются во множественном числе. Посмотрим твою рану. Ты можешь встать?

- Могу. Встать?

- Не нужно пока.

 

- Visenna - powiedział mężczyzna, unosząc się z lekka, by ułatwić jej odwinięcie płótna. - Ładne imię. Mówił ci już ktoś, Visenna, że masz piękne włosy? Ten kolor nazywa się miedziany, prawda?

- Nie. Rudy.

- Висенна, - повторил мужчина, слегка приподнимаясь, чтобы облегчить ей разматывание полотна. - Красивое имя. Тебе говорил уже кто-нибудь, Висенна, что у тебя прекрасные волосы? Этот цвет называют медным, верно?

- Рыжим.

 

 

- Aha. Jak skończysz, ofiaruję ci bukiet z łubinu, o, tego, co rośnie w rowie. A w czasie operacji opowiem ci, ot tak, dla zabicia czasu, co mi się przydarzyło. Widzisz, nadszedłem tą samą drogą, co i ty. Widzę, stoi na rozstaju słup. O, właśnie ten. Do słupa przymocowana deska. To boli.

- Większość ran ma taką dziwną właściwość. - Visenna oderwała ostatnią warstwę płótna, nie starając się być delikatną.

- Prawda, zapomniałem. O czym ja... Ach, tak. Podchodzę, patrzę, na desce napis. Strasznie koślawy, znałem kiedyś łucznika, który potrafił ładniejsze litery wysikać na śniegu. Czytam... A to co ma być, moja panno? Co to za kamyk? O, do licha. Tego się nie spodziewałem.

- Ага. Когда кончишь, я нарву тебе букет из люпинов, вон они растут там, во рву. А пока расскажу - так, лишь бы убить время, - что произошло. Я шел той же дорогой, что и ты. Вижу, на поляне (развилке) столб. [п5] Вот этот самый. К нему приколочена доска. Больно!

- Большинство ран имеет такую удивительную способность (особенность) [п6], - Висенна оторвала присохшие клочки полотна, не стараясь быть деликатной.

- Да, я и забыл. О чем я? Так вот: подхожу, смотрю, на доске надпись. Ужасные такие каракули, знал я одного лучника, он стрелой на снегу рисовал красивее (мог красивее буквы напИсать на снегу). [п6-1] Читаю... Что это, госпожа моя? Что за камень? Вот это да! Этого я не ожидал.

[п5]Не представляйте себе столб, поставленный неизвестно зачем посреди лесной поляны. Как я уже замечала выше, столб стоял на развилке дорог.

 

[п6]Повторение Висенной слов Корина (- Твоя рана кровоточит. //- Большинство ран имеет такую удивительную особенность, - усмехнулся раненый.) сохранено не полностью.

 

[п6-1]Как неоднократно увидим далее, переводчик занялся – одновременно с переводом – редактированием текста А.Сапковского, устраняя из рассказа «неприличные» или «слишком натуралистические» фрагменты. Не исключено, что А.Бушков делал это с мыслью о нежных чувствах читателей, однако я убеждена, что большинство из них (если это не дети дошкольного возраста) предпочло бы получить «неоцензуренный» текст. (Не говоря уже о том, что стрелой на снегу рисовать буквы ничуть не труднее, чем написать их на доске – таким образом, в переводе замечание Корина просто лишено смысла!)

Visenna powoli przesunęła hematyt wzdłuż rany. Krwawienie ustało momentalnie. Zamknąwszy oczy, uchwyciła ramię mężczyzny oburącz, mocno dociskając brzegi skaleczenia. Odjęła ręce - tkanka zrosła się, pozostawiając zgrubienie i szkarłatną pregę.

Висенна медленно провела гематитом вдоль раны. Кровь моментально перестала течь. Зажмурившись (закрыв глаза) [п7], она двумя руками что есть силы сдвинула края раны. Отняла ладони - кожа срослась, оставив алый шрам.

 

[п7]Элемент для тех, кто визуализирует при чтении.

Mężczyzna milczał, bacznie się jej przypatrując. Wreszcie zdjął ostroznie ramię, rozprostował je, potarł szramę, pokrecił głową. Naciągnął skrwawiony strzęp koszuli i kubrak, wstał, podjął z ziemi pas z mieczem, kiesą i manierką, spinany klamrą w kształcie smoczego łba.

Мужчина молчал, внимательно приглядываясь к ней. Наконец осторожно потрогал плечо, выпрямился (вытянул руку) [п8], потер шрам, покачал головой. Надел рубашку с окровавленным рукавом, кафтан, встал, поднял с земли пояс с мечом, кошелем и манеркой, застегнул пряжку в виде драконьей головы.

[п8]По-видимому, rozprostował je(je=ramię, т.е. руку) было прочитано переводчиком как rozprostował się=выпрямился.

- Tak, to się nazywa mieć szczęście - powiedział, nie spuszczając z Visenny oka. - Trafiłem na uzdrowicielkę w samym środku puszczy, w widłach Iny i Jarugi, gdzie zwykle łatwiej o wilkołaka, albo, co gorsza, pijanego drwala. Jak będzie z zapłatą za leczenie? Chwilowo cierpię na brak gotówki. Wystarczy bukiet z łubinu?

Visenna zignorowała pytanie. Podeszła bliżej do słupa, zadarła głowę - deska przybita była na wysokości wzroku mężczyzny.

- Что называется, повезло, - сказал он, не спуская с Висенны глаз. - Встретил целительницу в самой чащобе, в междуречье Ины и Яруги, где легче встретить волколака или, что еще хуже, пьяного дровосека. Как насчет платы за лечение? С деньгами у меня временнохудо. Может, люпиновый букет устроит?

Висенна игнорировала вопрос. Подошла к самому столбу, задрала голову - доска была прибита на уровне глаз высокого мужчины. [п9]

[п9]Во всем тексте неоднократно подчеркивается, что Висенна была ниже среднего роста. Вставляя слово высокого, переводчик лишил читателя первого указания на рост чародейки.

- "Ty, który nadejdziesz od zachodu - przeczytała na głos. - W lewo pójdziesz, wrócisz. W prawo pójdziesz, wrócisz. Wprost pójdziesz, nie wrócisz". Bzdury.

- Dokładnie to samo pomyślałem - zgodził się mężczyzna, otrzepując kolana z igliwia. - Znam te okolice. Prosto, to jest na wschód, idzie się ku przełęczy Klamat, na kupiecki trakt. Niby dlaczego nie można stamtąd wrócić? Takie ładne dziewczęta, spragnione zamążpójścia? Tania gorzałka? Wolne stanowisko burmistrza?

- "Ты, что придешь с запада, - прочитала она вслух. Налево пойдешь - вернешься. Направо пойдешь - вернешься. Прямо пойдешь - не вернешься". Вздор!

- Вот и я так подумал, - сказал мужчина, отряхивая одежду. - Знаю я эти места. Если идти прямо, на восток, выйдешь к перевалу Торговцев(перевалу Кламат), [п9-1] на купеческий тракт. И почему это оттуда нельзя вернуться? Что там, красавицы, которые непременно оженят? Водка такая дешевая, что сил нет уйти? Вольный город(Не занятая должность градоправителя)?

[п9-1] Если кому-нибудь известно, что побудило переводчика изменить оригинальное имя собственное перевала – прошу сообщить.

Кстати, Klamath – река и озеро в штате Орегон, США.

А Klamathmountains- горный хребет на юго-западе Орегона и северо-западе Калифорнии.

- Nie trzymasz się tematu, Korin.

Mężczyzna otworzył usta, zdumiony.

- Skąd wiesz, że nazywam się Korin?

- Sam mi to mówiłeś, przed chwilą. Opowiadaj dalej.

- Tak? - Mężczyzna spojrzał na nią podejrzliwie. - Doprawdy? No, może... Na czym skończyłem? Aha. Czytam więc i dziwię się, co za baran wymyślił ten napis. Naraz, słyszę, ktoś bełkoce i mruczy za moimi plecami. Oglądam się, babuleńka, zgarbiona, z kijaszkiem, a jakże. Pytam grzecznie, co jej jest. Ona mamroce: "Głodnam, cny rycerzyku, od świtania na ząb nie było co wziąć". Zgaduję, ma babuleńka jeszcze jeden ząb.Wzruszyłem się jak nie wiem co, biorę więc z sakwy chleba kąsek i połowę wędzonego leszcza, którego dostałem od rybaków nad Jarugą, i daję starowince. Ta siada, mamle, chrząka, wypluwa ości. Ja nadal oglądam ten dziwny drogowskaz. Naraz babcia odzywa się: "Dobryś, rycerzyku, poratowałeś mnie, nagroda cię nie minie". Chciałem jej powiedzieć, gdzie może sobie wsadzić swoją nagrodę, a babka mówi: "Zbliż się, mam ci coś rzec do ucha, ważną tajemnicę odkryć, jak wielu dobrych ludzi od nieszczęścia wybawić, sławę zyskać i bogactwo".

- Ты отвлекаешься, Корин.

Мужчина удивленно взглянул (раскрыл рот):

- Откуда ты знаешь, что меня зовут Корин?

- Ты сам сказал совсем недавно. Рассказывай дальше.

- Сказал? - Мужчина подозрительно глянул на нее. - Серьезно? Ну, может быть... Так о чем я? Ага. Читаю это я и диву даюсь, что за баран эту надпись нацарапал. Вдруг, слышу, кто-то у меня за спиной ворчит и бурчит. Оглянулся - бабулька, маленькая такая, скрюченная, само собой, с клюкой. Спрашиваю, вежливо, что ей нужно. Она бормочет: "Голодна я, славный рыцарь, с рассвета во рту ничего не было (нечего было на зуб положить)". Догадываюсь, у бабульки есть еще минимум один зуб.[п10] Растрогался я как невесть кто, Ну, достал я кусок хлеба да половину вяленого леща, что купил у (получил от)[п11] рыбаков над Яругой, даю старушонке. Она садится, жует, отхаркивает,наворачивает, только кости выплевывает. Я тем временем изучаю этот диковинный дорожный указатель. Вдруг бабуля говорит: "Уважил ты меня, рыцарь, и награда тебя не минует". Только я хотел у нее спросить, откуда это она раздобудет мне эту самую награду (ей сказать, куда она может свою награду засунуть) [12], она говорит: "Подойди, я тебе скажу на ушко, важную тайну открою, как можно добрых людей от несчастья избавить, славу сыскать и богатство".

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

[п10]Может стоило перевести ближе к польскому тексту, что позволило бы сохранить последующую шутку?

 

[п11]В оригинале рыбаки явно дали, а не продали Корину леща. Слово dostałemod можно воспринимать как купил у только если речь идет о дефицитном товаре. Лещ у рыбаков, как вы понимаете, дефицитом быть не может :).

 

[12]Еще один яркий пример того, как переводчик поступает с «оскорбляющими вкус» фрагментами.

Visenna westchnęła, siadła obok rannego. Podobał jej się, wysoki, jasnowłosy, z pociągłą twarzą i wydatnym podbródkiem. Nie śmierdział, jak zwykle mężczyźni, których spotykała. Odpędziła natrętną myśl, że za długo włóczy się samotnie po lasach i gościńcach. Mężczyzna ciągnął:

- Ha, pomyślałem sobie, klasyczna okazja się trafia. Jeśli babka nie ma sklerozy, a ma wszystkie klepki, to może i będzie z tego zysk dla biednego wojaka. Schylam się, nadstawiam ucha, jak kto głupi. No i gdyby nie refleks, dostałbym prosto w grdykę. Odskoczyłem, krew sika mi z ramienia jak z fontanny pałacowej, a babka sunie z nożem, wyjąc, parskając i plując. Ciagle jeszcze nie uważałem, że to poważna sprawa. Poszedłem w zwarcie, by pozbawić ją przewagi, i czuję, że to nie żadna staruszka. Piersi twarde jak krzemienie...

Висенна вздохнула, присела рядом с ним. Он ей нравился, высокий и светловолосый, с продолговатым лицом и энергичным подбородком. Он не смердел, как те мужчины, что ей обычно встречались. Висенна отогнала навязчивые воспоминания о том, что слишком долго странствует в одиночестве по лесам и дорогам.

Мужчина продолжал:

- Я и подумал: классический случай подворачивается. Если бабка не врет (у бабки не склероз), если у нее в голове остались мозги, может, и будет какая выгода для нищего (бедного)вояки. Нагнулся и подставил ухо, как дурак. Если бы не навык, получил бы нож прямо в горло. Отскочил, кровь хлещет из руки, как из дворцового фонтана, а бабка прыгает (приближается) с ножом, плюется, воет и фыркает. Тогда я еще не понял, как все серьезно. Сгреб я ее, чтобы отобрать нож, и чувствую: это не старуха. Грудки у нее твердые как кремни... [п13]

[п13]И опять переводчик смутился и подретушировал Сапковского. :(

Korin zerknął w stronę Visenny, by sprawdzić, czy się nie czerwieni. Visenna słuchała z grzecznym wyrazem zaciekawienia na twarzy.

- O czym to ja... Aha. Myślałem, zwalę ją z nóg i rozbroję, ale gdzie tam. Silna jak ryś. Czuję, za moment wysmyknie mi się jej ręka z nożem. Co bylo robić? Odepchnąłem ją, cap za miecz... Nadziała się sama.

Корин глянул на Висенну: не покраснела ли она. Но Висенна слушала с вежливым любопытством.

- О чем я... Ага. Думал, свалю ее и отберу нож, но где там. Сильная, как рысь. Чувствую, вот-вот высвободит руку с ножом. Что оставалось делать? Отпихнул ее, выхватил меч... Она сама напоролась.

 

Visenna siedziała milcząc, z ręką u czoła, niby w zadumie pocierała wężową opaskę.

- Visenna? Mówię, jak było. Wiem, że to kobieta i głupio mi, ale niech skonam, jeśli to była normalna kobieta. Natychmiast po tym, jak upadła, odmieniła się. Odmłodniała.

- Iluzja - rzekła Visenna w zamyśleniu.

- Że co?

- Nic - Visenna wstała, podeszła do zwłok leżących w paprociach.

Висенна молчала, приложив руку ко лбу, словно в задумчивости, потирала змеиную кожу.

- Висенна, все так и было. Ну да, это женщина, и чувствую себя дураком, но чтоб мне провалиться, если это была обыкновенная женщина. Едва она упала, тут же преобразилась. Помолодела.

- Видение, - сказала Висенна задумчиво.

- Что?

- Ничего, - Висенна встала и подошла к лежащему в папоротнике трупу.

 

 

- Tylko popatrz. - Korin stanął obok. - Baba jak posąg w pałacowej fontannie. A była zgarbiona i pomarszczona jak zad stuletniej krowy. Niech mnie...

- Korin - przerwała Visenna - nerwy masz mocne?

- Hę? A co mają do tego moje nerwy? Owszem, jeśli cię to interesuje, nie narzekam.

Visenna zdjęła opaskę z czoła. Klejnot w diademie rozjarzył się mlecznym blaskiem. Stanęła nad zwłokami, wyciągnęła ręce, zamknęła oczy. Korin przyglądał się z półotwartymi ustami. Visenna pochyliła głowę, szeptała coś, czego nie rozumiał.

- Grealghane! - krzyknęła nagle.

- Ты только посмотри, - Корин стоял рядом. - Словно статуя с дворцового фонтана.. А была скрюченная, вся в морщинах, как столетняя (зад столетней коровы). [п14] Чтоб мне на этом месте...

- Корин, - оборвала Висенна, - нервы у тебя крепкие?

- А? Причем тут мои нервы? Ну, если тебя это интересует, я на них не жалуюсь.

Висенна сняла со лба ремешок. Самоцвет в диадеме налился молочным блеском. Она стояла над трупом, вытянув руки, зажмурив (закрыв) глаза. Корин таращился, разинув рот. Она склонила голову, шептала что-то, чего он не понимал.

- Греалхан! – выкрикнула.

[п14]Продолжается корректировка переводчиком текста А.Сапковского.

 

 

Paprocie zaszeleściły gwałtownie. Korin odskoczył, dobywając miecza, zamierając w pozycji obronnej. Zwłoki zatrzepotały.

- Grealghane! Mów!

- Aaaaaaaa! - rozległ się z paproci narastający ochrypły wrzask. Trup wygiął się w kabłąk, nieledwie lewitował, dotykając ziemi piętami i czubkiem głowy. Wrzask ścichł, zaczął się rwać, przechodzić w gardłowy bełkot, urywane jęki i krzyki, stopniowo nabierające kadencji, ale absolutnie niezrozumiałe. Korin poczuł na plecach zimną strużkę potu, drażniącą jak pełznąca gąsienica. Zaciskając pieści, by powstrzymać mrowienie w przedramionach, całą siłą woli walczył z przemożnym pragnieniem ucieczki w głąb lasu.

- Oggg... nnnn... nngarrrrr - wybełkotał trup, drąc ziemię paznokciami, bulgocąc krwawymi bańkami, pękającymi na wargach. - Narrr... eeeggg...

- Mów!

Папоротник вдруг зашевелился. Корин отскочил, выхватил меч, изготовился к защите. Труп затрепетал.

- Греалхан! Говори!

- Аааааааа! - раздался из папоротника нарастающий хриплый вой. Труп выгнулся в дугу, почти что парил в воздухе, касаясь земли лишь пятками и затылком (макушкой). [п15] Вой утих, прервался, перешел в заглушенное (гортанное) бормотанье, прерывистые, стоны и крики, громкие, но совершенно нечленораздельные. По спине Корина, словно гусеницы, поползли холодные струйки пота(словно гусеница, поползла холодная струйка пота). [п16]Сжимая кулаки, чтоб унять дрожь в руках, собрав всю силу воли, он едва удерживался, чтобы не припуститься в лес.

- Огггг... нннн... ннгаррррр... - бормотал труп, драл землю ногтями, кровавые пузыри булькали на его губах. - Нарр... еееггг...

- Говори!

[п15]У автора создается впечатление, что выгнутый в дугу труп парит в воздухе, в переводе – труп действительно левитирует, соприкасаясь с землей лишь пятками и макушкой. Следуя логике перевода, делающая «мостик» гимнастка тоже парит в воздухе.

 

[п16]В оригинале Корин потел от страха менее обильно, чем в переводе :).

Z wyciągniętych dłoni Visenny sączył się mętnawy strumień światła, w którym wirował i kłębił się kurz. Z paproci frunęły w górę suche listki i źdźbła. Trup zachłysnął się, zamlaskał i nagle przemówił, zupełnie wyraźnie.

- ...rozstajach sześć mil od klucza w południe najdalej. Poo... Posyłał. Kręgu. Chłopaka. Spra... ggg... azal. Kazał.

- Kto?! - krzyknęła Visenna. - Kto kazał? Mów!

- Fffff... ggg... genal. Wszystkie pisma listy amulety. Pier...ścienie.

- Mów!

- ...rzełęczy. Kościej. Ge... nal. Zabrać listy. Per... gaminy. Przyjdzie z maaaaaaaaa! Eeeeeeeee! Nyyyyyyyyy!!!

Из протянутой ладони Висенны брызнул туманный лучик (струя) [п16-]света, в нем клубилась пыль. Из зарослей папоротника взлетели сухие листья и ветки (стебельки). [п16-2]Труп поперхнулся, захлюпал и вдруг явственно выговорил:

-...распутьях шесть миль от ключа на юг (в полдень самое позднее). [п16-3]Поо... посылал. В Круг. Парнишку. Прика... а... зал.

- Кто?! - вскрикнула Висенна. - Кто тебе приказал? Говори!

- Ффффф... ггг... генал. Все письмена, бумаги, амулеты. Перс...стень (Перстни).

- Говори!

-...ревала. Кащей. Ге...нал. Забрать бумаги. Пер... гаменты. Придет с маааааа! Ээээээээ! НЫыыыыыы! [п16-4]

[п16-1] Возможно, перепутаны слова strumień=струя и promień=луч.

 

[п16-2] Интересно, что ранее слово źdźbło было переведено правильно: - Witaj, młodzieńcze - odezwał się ranny, wypluwającdługieźdźbłotrawy. ---- Здорово, парень, - сказал раненый, выплюнув длинный стебелек травы.

 

[п16-3] Подвело то, что południe по-польски обозначает и полдень, и юг. Переводчик, увы, не обратил внимание на грамматику: wpołudnie(вполдень), не napołudnie(наюг).

 

[п16-4] Придет из Ма-э-ны - то есть из Майены. Переводчик утаил от читателей присутствующую в оригинале информацию. Не исключено также, что пропущенное распутье помогло бы читателю полнее расшифровать бессвязанную речь трупа.

Bełkotliwy głos zawibrował, rozpłynął się w przerażającym wrzasku. Korin nie wytrzymał, rzucił miecz, zamknął oczy i przycisnął dłonie do uszu. Stał tak, dopóki nie poczuł na ramieniu dotknięcia. Drgnął potężnie, całym ciałem.

- Już po wszystkim - powiedziała Visenna, ocierając pot z czoła. - Pytałam, jakie masz nerwy.

Бормочущий голос завибрировал, сорвался на пронзительный визг. Корин не выдержал, бросил меч, зажмурил глаза и зажал ладонями уши. Так он стоял, пока не ощутил на плече чужую ладонь. Задрожал (Вздрогнул) всем телом.

- Уже все, - сказала Висенна, вытирая пот со лба. - Я ведь спрашивала, как у тебя с нервами.

 

- Co za dzień - wystękał Korin. Podniósł miecz, schował go do pochwy, starając się nie patrzeć w stronę nieruchomego już ciała. - Visenna?

- Słucham?

- Chodźmy stąd. Jak najdalej od tego miejsca.

- Ну и денек! - выдохнул Корин. Поднял меч и вложил его в ножны, стараясь не смотреть в сторону неподвижного трупа.

- Висенна?

- Слушаю.

- Пойдем отсюда. И подальше.

 

II

Jechali we dwójkę na koniu Visenny leśnym duktem, zarośniętym i wyboistym. Ona z przodu, w siodle, Korin na oklep, z tyłlu, obejmując ją w talii. Visenna już dawno przywykła bez skrępowania cieszyć się drobnymi przyjemnościami, sporadycznie ofiarowywanymi przez los, z zadowoleniem opierała więc plecy o pierś mężczyzny. Milczeli oboje.

Они ехали вдвоем на коне Висенны лесной просекой, заросшей, в рытвинах. Она впереди, в седле, Корин сзади, на крупе, обнимая ее за талию. Висенна давно уже привыкла без стеснения утешаться случайными связями (радоваться мелким удовольствиям), [п17] время от времени жертвуемыми ей судьбой и сейчас с удовольствием прислонилась к груди мужчины. Оба молчали.

[п17]Нда. А я и не знала, что радоваться мелким удовольствиям (любимые сладости, удобное кресло, свободный от работы день) называется утешаться случайными связями. :)

- Visenna - Korin zdecydował się pierwszy, po blisko godzinie.

- Słucham.

- Nie jesteś tylko uzdrowicielką. Jesteś z Kręgu?

- Tak.

- Sądząc po tym... pokazie, Mistrzem?

- Tak.

Korin puścił jej talię i przytrzymał się łęku siodła. Visenna zmrużyła oczy z gniewu. Oczywiście nie dostrzegł tego.

- Visenna?

- Słucham?

- Zrozumiałaś coś z tego co ta... co to - mówiło?

- Niewiele.

Znowu milczeli. Pstrokaty ptak, przelatujący nad nimi, wśród listowia, zaskrzeczał głośno.

- Visenna?

- Korin, zrób mi przyjemność.

- Hę?

- Przestań gadać. Chcę pomyśleć.

- Висенна, - почти через час решился Корин.

- Слушаю.

- Ты ведь не только целительница. Ты из Круга?

- Да.

- Судя по тому... зрелищу, ты из Мастеров?

- Да.

Корин убрал руки с ее талии и взялся за луку седла. Висенна зажмурилась от гнева. Он, понятно, этого не увидел.

- Висенна?

- Слушаю.

- Ты поняла что-нибудь из того, что она... что это говорило?

- Не так уж много.

Снова молчание. Пестрокрылая птица, пролетая над ними в листве, громко закричала.

- Висенна?

- Корин, сделай одолжение.

- Да?

- Не болтай. Дай мне подумать.

 

Dukt sprowadził ich stromo w dół, w wąwóz, w koryto płytkiego strumienia, leniwie przemykającego wśród głazów i czarnych pni w przenikliwym zapachu mięty i pokrzywy. Koń ślizgał się na kamieniach, pokrytych osadem gliny i mułu. Korin, by nie spaść, ponownie uchwycił talię Visenny. Odpedził natrętną myśl, że za długo włóczy się samotnie po lasach i gościńcach.

Просека спускалась вниз, в ущелье где неглубокий ручей лениво струился среди черных пней (стволов)[п17-1] и валунов; остро пахло мятой и крапивой. Конь оскальзывался на камнях, покрытых илом и глиной. Чтобы не свалиться, Корин снова обхватил талию Висенны. Отогнал навязчивые воспоминания о том, что слишком долго странствует в одиночестве по лесам и дорогам.

[п17-1] Польское слово pień значит и ствол, и пень (но прежде всего, все же, ствол)

III

Osada była typową ulicówką, przytuloną do zbocza góry, rozwleczoną wzdłuż traktu - słomianą, drewnianą i brudną - przycupniętą wśród krzywych płotów. Gdy podjechali, psy podniosły jazgot. Koń Visenny człapał spokojnie, nie zwracając uwagi na zajadłe kundle, wyciągające spienione pyski ku jego pęcinom.

Деревня состояла из одной улочки, приткнувшейся к горному склону и вытянувшейся вдоль тракта - солома, дерево, грязь, покривившиеся заборы. Едва они подъехали, псы подняли гвалт. Конь Висенны спокойно стоял посреди дороги (брел серединой дороги), не обращая внимания на вившихся вокруг него (вытягивающих запенившиеся морды к его бабкам) остервенелых собак.

 

Początkowo nie widzieli nikogo. Potem, zza płotów, z dróżek wiodących na gumna, pojawili się mieszkańcy - podchodzili wolno, bosi i chmurni. Nieśli widły, drągi, cepy. Któryś schylił się, podniósł kamień.

Visenna wstrzymała konia. Uniosła rękę - Korin spostrzegł, że w dłoni trzyma mały, złoty nożyk w kształcie sierpa.

- Jestem uzdrowicielką - powiedziała wyraźnie i dźwięcznie, choć wcale nie głosno.

Chłopi opuscili broń, zaszemrali, popatrzyli po sobie. Było ich coraz więcej. Kilku bliższych zdjęło czapki.

Сначала никого не было видно. Потом из-за заборов по ведущим с гумна тропкам к ним осторожно приблизились жители, босые и хмурые. С вилами, кольями, цепами. Кто-то наклонился, поднял камень.

Висенна остановила коня, [п18]подняла руку. Корин увидел, что она держит золотой ножик, маленький, серповидный.

- Я - врачевательница, [п19] - сказала она ясно и звонко, хоть и негромко.

Крестьяне опустили оружие, зашептали, переглянулись. Подходили все новые. Те, кто стоял ближе, сняли шапки.

[п18]Действительно, как она могла остановить коня, если тот стоит по милости переводчика уже два абзаца.

 

[п19]Интересно, что одно и то же слово – название профессии – А.Бушков переводит по-разному:

·          Trafiłemnauzdrowicielkęwsamym środkupuszczy, wwidłachInyiJarugi,(...). --- Встретил целительницу в самой чащобе, в междуречье Ины и Яруги,(...).

·          Niejesteś tylkouzdrowicielką. Jesteś zKręgu? --- Ты ведь не только целительница. Ты из Круга?

·          Jestemuzdrowicielką - powiedziaławyraźnieidźwięcznie, choć wcaleniegłosno. --- Я - врачевательница, - сказала она ясно и звонко, хоть и негромко.

Далее подобные проблемы будут у переводчика с формой ж.р. от слова «друид» и с названиями рас.

- Jak zowie się to sioło?

- Klucz - padło z ciżby po chwili ciszy.

- Kto starszy nad wami?

- Topin, wielmożna pani. O, tamta chałupa.

Nim ruszyli, przez szpaler rolników przecisnęła się kobieta z niemowlęciem na ręku.

- Pani... - jęknęła, dotykając nieśmiało kolana Visenny. - Córka... Aż gorzeje z gorączki...

Visenna zeskoczyła z kulbaki, dotknęła główki dziecka, zamknęła oczy.

- Jutro będzie zdrowa. Nie owijaj jej tak ciepło.

- Dzięki, wielmożna... Stokrotne...

- Как называется деревня?

- Ключ, - раздалось из толпы после минутной тишины.

- Кто над вами старший?

- Топин, милостивая госпожа. Вон его дом.

Прежде, чем они двинулись, сквозь толпу протолкалась женщина с младенцем на руках.

- Госпожа... - робко коснулась она колена Висенны. - Дочка у меня... Горячка...

Висенна спрыгнула наземь, потрогала головку ребенка, зажмурилась (закрыла глаза).

- Завтра будет здорова. Не кутай ее так.

- Спасибо вам, милостивая... Уж так спасибо...

 

Topin, starszy osady, był już na podwórku i właśnie zastanawiał się, co począć z widłami, które trzymał w pogotowiu. Wreszcie zgarnął nimi ze schodów kurze łajno.

- Wybaczcie - rzekł, odstawiając widły pod ścianę chałupy. - Pani. I wy, wielmożny. Czas niepewny taki... Do środka proszę. Na poczęstunek upraszam.

Weszli.

Староста Топин был уже здесь (во дворе) [п20]: казалось,[21]он раздумывал, что ему делать с зажатыми в руке вилами. Наконец сбросил ими с крыльца куриный помет.

- Здравствуйте(извините), госпожа, и вы, рыцарь (благородный), - сказал он, поставив вилы к стене. - Извините, [п22] времена нынче такие смутные... прошу в дом, окажите такую честь (приглашаю откушать). [п23]

Они вошли.

[п20]Это в переводе Топин присоединился к собравшимся посреди улицы крестьянам. В оригинале Висенна и Корин застали старосту во дворе его дома.

Кстати, в переводе получается, что Топин сбросил куриный помет с крыльца и поставил вилы к стене прямо посреди улицы - там, где крестьяне по-прежнему окружали прибывших (поскольку слов: прежде чем они двинулись в переводе нет, зато написано Топин был уже здесь :)).

 

[21]Не казалось! Он тоже схватился было за вилы (как и многие другие крестьяне), а теперь действительно не знал, куда их девать.

 

[п22]Дело здесь не в месте слова извините в словах Топина – дело в том, что у автора староста вместо приветствия принес извинения за оказанную встречу, переводчик же решил, что без приветствия обойтись не могло и дополнил рассказ данным элементом.

 

[п23]Неужели переводчик перепутал слово poczęstunek=угощение с русским словом честь?

 

Topinowa kobieta, holując uczepioną spódnicy dwójkę słomianowłosych dziewuszek, podała jajecznicę, chleb i zsiadłe mleko, po czym znikła w komorze. Visenna, w odróżnieniu od Korina, jadła mało, siedziała zasępiona i cicha. Topin przewracał oczami, drapał się w rózne miejsca i gadał.

Жена Топина (за юбку ее цеплялись две светловолосые девочки) подала яичницу, хлеб и простоквашу, после чего исчезла в боковушке. Висенна, в отличие от Корина, ела мало, сидела тихая и угрюмая. Топин не находил себе места (вращал глазами, чесался в разных местах) [п24]и говорил, говорил:

[п24]Безусловно, вращающий глазами и почесывающийся в разных местах человек явно не находит себе места, но налицо и ретуширование переводчиком авторского текста: устранение физиологических подробностей поведения старосты.

- Czas niepewny. Niepewny. Bieda nam, wielmożni. My owce na runo hodujem, na sprzedaż to runo, a nynie kupców nie ma, tedy wybijamy stada, runne stada bijem, by do garnka co włożyć. Dawniej kupce po jaszmę, po kamień zielony chodzili do Amellu, przez przełęcz, tamój kopalnie są. Tamój jaszmę dobywają. A jak szli kupce, to i runo brali, placili, różne dobro ostawiali. Nie ma nynie kupców. Nawet soli nie ma, co ubijem, we trzy dni zjeść musim.

 

- Смутные времена. Ох, смутные. Беда у нас, благородные господа. Мы овец разводим, на шерсть, и шерсть ту продаем, а купцов теперь не стало, вот и приходится овец резать, это рунных-то овец, да что делать, есть что-то надо. Раньше купцы за яшмой (ясписом), [п25] за зелеными камнями ездили в Амелл, за перевал, где копальни. Там яшму копают. А как проезжали они, то и шерсть у нас брали, платили хорошо, добро разное оставляли. Да не стало теперь купцов. Даже соли нет, убоину теперь за три дня съесть нужно, чтоб не пропала.

[п25]Весьма существенная подробность: по-польски Топин использует старое название камня jaspisjaszma, а Висенна, Корин и Фрегенал говорят jaspis.

Вот что говорит о роли архаизации в своих текстах сам Сапковский: "В тексте архаизация исполняет определенную роль. У меня она чаще всего служит тому, чтобы показать разницу в интеллектуальном уровне людей. Поэтому чаще всего на таком странном языке, старопольском, этаком «голубевском», у меня разговаривают какие-то караульные, какие-то бабки на рынке... и именно такую функцию исполняет архаизация. Она сразу как бы разделяет для читателя: это перевозчик на пароме или крестьянин, а это волшебница, окончившая университет. Она не говорит на старопольском, а на нашем современном языке, и это должно показать, что существовали разные уровни языка, так, как они всегда существуют." (из интервью с А.Сапковским 02.06.2005). Переводчик не потрудился отыскать в русском языке старое название для этого камня. А далеко искать не надо было - словарь Даля упоминает слово яспис как старое название яшмы. :)

- Omijają was karawany? Dlaczego? - Visenna w zamyśleniu co jakiś czas dotykała opaski na czole.

- A omijają - burknął Topin. - Zamknięta droga do Amellu, na przełęczy rozsiadł się przeklęty kościej, żywej duszy nie przepuści. To jak tam kupcom iść? Na śmierć?

- Караваны здесь больше не ходят? Почему? - Висенна, задумавшись, касалась ремешка на лбу...

- Ох, не ходят, - сказал Топин. - Закрыт путь в Амелл, на перевале расселся проклятый Кащей, [п26] ни одной живой души не пропускает. Что ж купцам туда идти? На смерть?

[п26]Необходимо заметить, что А.Бушков крайне непоследователен в написании слова "кащей": на протяжении всего рассказа оно раз выступает как имя собственное (Кащей), раз - как имя нарицательное (кащей) (отбросив случаи, где слово "кащей" начинает предложение и потому должно быть написано с большой буквы, мы получим 24 высказывания, в которых слово это 15 раз написано с маленькой и 9 - с большой буквы), причем часто - в репликах одних и тех же персонажей, а также в словах автора. Например:

Корин:

- Кащей? Что за кащей? (...) - Что это за Кащей? (...)- Сначала посмотрим, как этот Кащей выглядит. Кстати, как, по-твоему, что он такое, Кащей этот?

Слова автора:

Оглянулся через плечо: кащей шагал к нему, похрустывая суставами, вытянутые клешни стригли редкую траву, грохотали камни. (...) Приближаясь, кащей шипел - тссс, тссс, тссс... (...) Воинственно крича, Кехл налетел на кащея. (...) Микула подскочил и поднял с земли Коротыша, но тот отпихнул его, схватил меч, крикнул так, что заглушил предсмертные вопли коня, набросился на кащея. (...) - Гененаа фиреаол кереланл! - пронзительно крикнула чародейка, простирая руки в сторону Кащея. (...) Траву примялок земле, а камни разлетелись в стороны, словно отброшенныеогромным невидимым шаром, с возраставшей скоростью катившимся к кащею. (...) С ладони Висенны сорвалась ослепительная молния, ударила в кащея, размазалась по его панцирю сетью из огненных языков. (...) Там, где только что стоял Кащей, чернела и дымилась округлая воронка, залитаязеленой жидкостью, наполненная кусками чего-то неузнаваемого.

Korin zamarł z łyżką zawieszoną w powietrzu.

- Kościej? Co to jest kościej?

- A bo to ja wiem? Kościej, mówią, ludojad. Na przełęczy pono siedzi.

- I nie przepuszcza karawan?

Topin rozejrzał się po izbie.

- Niektóre ino. Mówią, swoje. Swoje puszcza.

Visenna zmarszczyła czoło.

- Jak to - swoje?

- Ano swoje - zamruczał Topin i pobladł. - Ludziskom z Amellu jeszcze gorzej niźli nam. Nas choć bór nieco pożywi. A tamci na gołej skale siedzą i ino to mają, co im kościejowi za jaszmę sprzedadzą. Okrutnie, po zbójecku pono za każde dobro płacić każą, ale co tamtym z Amellu czynić? Przecież jaszmy jeść nie będą.

Корин не донес ложку до рта:

- Кащей? Что за кащей?

- А я откуда знаю, господин? Говорят, Кащей, людоед. На перевале будто бы засел.

- Караваны не пропускает?

Топин бегал по избе(окинул взглядом избу):

- Смотря какие. Свои. Свои, говорят, пропускает.

Висенна нахмурилась:

- Как это - свои?

- Свои, - сказал бледный Топин. - Людям в Амелле еще горше, чем нам. Нас хоть чащоба спасает. А они сидят на своей (голой) [п27]скале и тем только живут, что им кащеевы меняют на яшму. Обдирают как липку, но что им, в Амелле, делать? Яшму есть не будешь.

[п27]По-видимому, переводчик прочитал слово gołej (голой) как swojej (своей).

- Jacy "kościejowi"? Ludzie?

- Ludzie i Vrany, i insi. Zbiry to, pani. Oni do Amellu wożą to, co nam pobiorą, tam na jaszmę i kamień zielony mieniają. A nam siłą biorą. Po siołach, bywało, grabili, gwałcili dziewki, a przeciwił się kto, mordowali, z dymem puszczali ludzi. Zbiry. Kościejowi.

- Какие такие "кащеевы"? Люди?

- Люди, и Вороны, [п28] и другие. Стража его, стало быть (Бандиты это, госпожа). Они в Амелл возят что отберут у нас и меняют там на яшму (яспис) да на зеленый камень, а у нас все силой отбирают. Грабят по селам, девок позорят, а кто упрется, убивают, дома жгут. Стражники Кащеевы (Бандиты. Кащеевы). [п29]

[п28] Vran можно, конечно, выводить от «ворон». Мне кажется, однако, стоило бы оставить написание «вран» - не возник бы эффект «свойскости» названия.

И еще одно существенное замечание: в польском языке все национальности пишутся с большой буквы. Таким образом, и Vran, и Bobołak, и Elf в тексте Сапковского написаны согласно правилам правописания в польском языке. Не вижу однако причины такого же написания этих названий в русском языке (кроме слова Ворон) – мы ведь не пишем ни Уличи, Тиверцы, ни Латыш, Казах...

[п29]По-видимому, переводчик воспринял слово zbir как: ист. сбир(городской стражник). - Такое значение дают некоторые польско-русские словари.

Однако согласно словарям польского языка данное слово обозначает:

zbirmIV, DB. -a, Ms.zbirze; lmM. -y, DB.w«opryszek, bandyta, zbój, morderca, oprawca» <wł.>(=головорез, бандит, разбойник, убийца, палач).

И именно так следовало перевести используемое здесь Сапковским слово. Да и то сказать: почему Топин назвал бы засевших в горах бандитов городскими стражниками?

К слову сказать, словарь Ушакова фиксирует слово

СБИР, сбира, м. (ит. sbirro). Низший служащий инквизиции (истор.) || В Италии - Полицейский стражник. || перен. Полицейский агент, сыщик (презрит.)....

Может, это сбило с толку переводчика?

- Ilu ich? - odezwał się Korin.

- Kto by ich tam, panie wielmożny, liczył. Bronią się sioła, kupy trzymają. Co z tego, kiedy w nocy nalecą, podpalą. Lepiej już nieraz dać, czego chcą. Bo mówią...

Topin pobladł jeszcze bardziej, zadygotał cały.

- Co mówią, Topin?

- Mówią, że kościej, jeśli go rozeźlić, wylezie z przełęczy i pójdzie ku nam, ku dolinom.

Visenna wstała raptownie. Twarz miała zmienioną. Korina przeszył dreszcz.

- Topin - powiedziała czarodziejka. - Gdzie tu kuźnia najbliższa? Koń mój podkowę zgubił na trakcie.

- Za osadą dalej, pod lasem. Tamój kuźnia jest, i stajnia.

- Dobrze. Teraz idź, popytaj, gdzie kto chory lub ranny.

- Dzięki niech wam będą, dobrodziejko wielmożna.

- Сколько их? - спросил Корин.

- Кто бы их там считал, благородный господин. Сильные они, друг за дружку держатся (Села защищаются, держатся вместе). [п30]Да что толку,не дашь - налетят ночью, избы сожгут. Лучше уж дать им, чего требуют. А то говорят...

Топин еще больше побледнел, задрожал.

- Что говорят, Топин?

- Говорят, Кащей, если его разозлить, слезет с перевала и пойдет сюда, в долину.

Висенна рывком поднялась. Лицо ее изменилось. Корина пробрала дрожь.

- Топин, - сказала чародейка. - Где тут ближайшая кузница? Конь у меня потерял подкову.

- За деревней, у леса. Там кузница, и конюшня там.

- Хорошо. Теперь иди узнай, где есть больные или раненые.

- Спасибо вам, милостивая благодетельница.

 

[п30]По-видимому, bronią się sioła = защищаются деревни переводчик прочел как bronią się siłą = защищаются силой.

- Visenna - odezwał się Korin, gdy tylko za Topinem zamknęły się drzwi. Druidka odwróciła się, spojrzała na niego.

- Twój koń ma wszystkie podkowy w porządku.

Visenna milczała.

- Jaszma to oczywiście jaspis, a zielony kamień to jadeit, z którego słyną kopalnie w Amell - ciągnął Korin. - A do Amell można dojść tylko przez Klamat, przez przełęcz. Drogą, z której się nie wraca. Co mówiła nieboszczka na rozdrożu? Dlaczego chciała mnie zabić?

Visenna nie odpowiedziała.

- Висенна, - сказал Корин, едва за старостой закрылась дверь. Друидесса обернулась к нему. - У твоего коня все подковы целы.

Висенна молчала.

- Яспис – это, конечно, яшма, а зеленый камень - это, конечно, жадеит, [п31] им славятся копальни в Амелле, - сказал Корин. - А в Амелл можно попасть только через перевал. Дорога, откуда не возвращаются. Что говорила покойница на поляне (распутье)? Почему хотела меня убить?

Висенна не ответила.

[п31] Отказавшись от поисков второго названия для камня, известного в русском языке как яшма, переводчик был вынужден выбросить начало реплики Корина: Jaszma to oczywiście jaspis, a zielony kamień to jadeit, z którego słyną kopalnie w Amell = Яспис - это, конечно, яшма, а зеленый камень - это жадеит, которым славятся копальни в Амелле.

- Nic nie mówisz? Nie szkodzi. I tak wszystko zaczyna się pięknie wyjaśniać. Babuleńka z rozstaja czekała na kogoś, kto zatrzyma się przed głupim napisem, zakazującym dalszego marszu na wschód. To była pierwsza próba - czy przybysz umie czytać. Potem babka upewnia się jeszcze - któż, jeżeli nie dobry samarytanin z Kręgu Druidów wspomoże w dzisiejszych czasach głodną staruszkę? Każdy inny, głowę daję, odebrałby jej jeszcze i kijaszek. Chytra babcia bada dalej - zaczyna gaworzyć o biednych ludziach w nieszczęśiu, potrzebujących pomocy. Podróżny, zamiast poczęstować ją kopniakiem i plugawym słowem, jak uczyniłby to zwykły, szary mieszkaniec tych okolic, słucha w napięciu. Tak, myśli babcia - to on. Druid, idący rozprawić się z bandą, prześladującą okolicę. A że ponad wszelką wątpliwość sama jest nasłana przez ową bandę, sięga po nóż. Ha! Visenna! Czyż ja nie jestem mądry?

- Молчишь? Ну и не надо. И так все начинает проясняться. Бабулька на распутье ждала кого-то, кто остановится перед дурацкой надписью насчет того, что идти на восток нельзя. Это было первое испытание - умеет ли путник читать. Потом другое - ну кто сейчас поможет голодной старушке? Только добрый человек из Круга Друидов. Любой другой, голову даю на отсечение, еще и клюку бы у нее отобрал. Хитрая бабка начинает говорить о несчастных людях, которым нужно помочь. Путник, вместо того, чтобы ублаготворить ее пинком да грубым словом, как сделал любой здешний житель, развешивает уши. И бабка понимает - это он и есть, друид, идущий расправиться с теми, кто грабит эти места. А поскольку бабка наверняка сама из тех грабителей, она хватается за нож. Ха! Висенна, я ведь не глуп?

 

Visenna nie odpowiedziała. Stała z głową odwróconą w stronę okna. Widziała - półprzezroczyste błony z rybich pęcherzy nie stanowiły przeszkody dla jej wzroku - pstrokatego ptaka, siedzącego na wiśniowym drzewku.

- Visenna?

- Słucham, Korin.

- Co to jest kościej?

- Korin - rzekła Visenna ostro, odwracając się ku niemu. - Dlaczego się mieszasz do nieswoich spraw?

- Posłuchaj - Korin ani trochę nie przejął się jej tonem. - Jestem już wmieszany w twoje, jak mówisz, sprawy. Tak wyszło, że chciano mnie zarżnąć zamiast ciebie.

- Przypadkowo.

- Myslałem, że czarodzieje nie wierzą w przypadki, tylko w magiczne przyciąganie, sploty wydarzeń i różne takie. Popatrz tylko, Visenna, co się dzieje - jedziemy na jednym koniu. Zróbmy dla śmiechu - żeby trwało to nadal. Oferuję ci pomoc w misji, której celu się domyślam. Odmowę potraktuję jako przejaw pychy. Mówiono mi, że wy, z Kręgu, mocno lekceważycie sobie zwykłych śmiertelników.

- To kłamstwo.

- Świetnie się składa - Korin wyszczerzył zęby. Nie traćmy zatem czasu. Jedźmy do kuźni.

Висенна не ответила. Смотрела в окно. Мутная пленка рыбьего пузыря не препятствовала ее взгляду, и она видела пестрокрылую птицу, сидевшую на ветке вишни.

- Висенна?

- Слушаю, Корин.

- Что это за Кащей?

Висенна резко обернулась к нему:

- Корин, ну что ты лезешь не в свое дело?

- Послушай, - Корина ничуть не смутил ее тон, - я уже влез в твое, как ты говоришь, дело. Так уж вышло, что меня хотели убить вместо тебя.

- Случайно.

- А я-то думал, что чародеи не верят в случайности - только в магическое притяжение, стечение обстоятельств и все такое прочее. Висенна, мы ведь ехали на одном коне. Давай уж, смеха ради, продолжать. Я тебе помогу в твоей миссии, о которой, похоже, догадываюсь. Если ты откажешься, я посчитаю это спесью. Говорят, вы там, в Круге, очень уж высокомерно относитесь к простым смертным.

- Это ложь.

- Душевно благодарю (отлично), - Корин блеснул зубами. - Ну, не будем зря тратить время. Поедем в кузницу.

 

IV

Mikula solidniej uchwycił pręt obcęgami i obrócił go w żarze.

- Dmij, Czop! - rozkazał.

Czeladnik zawisł na dźwigni miecha. Jego pucołowata twarz błyszczała od potu. Pomimo szeroko otwartych drzwi, w kuźni było nieznośnie gorąco. Mikula przerzucił pręt na kowadło, kilkoma mocnymi uderzeniami młota rozpłaszczył koniec.

Stelmach Radim, siedzący na nieobrobionym pieńku brzozowym, również się pocił. Rozpiął sukmanę i wyciagnął koszulę ze spodni.

- Dobrze wam gadać, Mikula - powiedział. - Wam bijatyka nie nowina. Każdy wie, żeście nie całe życie w kuźni kuli. Ponoć dawniej łby tłukliście, nie żelazo.

- To i cieszyć się powinniście, że takiego macie w gromadzie - rzekł kowal. - Po raz wtóry mówię wam, że nie będę więcej tamtym w pas się kłaniał. Ani robił na nich. Nie pójdziecie ze mną, zacznę sam, albo z takimi, co krew, nie podpiwek, mają w żyłach. W lasy zapadniem, będziem ich po jednemu prać, jak którego nadybiem. Ilu ich? Trzydziestu? Może i tego nie. A siół po tej stronie przełęczy ile? Chłopów mocnych? Dmij, Czop!

- Przecie dmę!

- Raźniej!

Микула крепче ухватил железный прут клещами и сунул его в огонь (повернул его в горящих углях). Приказал:

- Качай, Чоп!

Подручный повис на рукоятке мехов. Его толстощекое лицо блестело от пота. Несмотря на распахнутые двери, в кузнице стояла невыносимая жара. Микула положил прут на наковальню, несколькими сильными ударами молота расплющил конец.

Колесник Радим, сидевший тут жена необработанном березовом чурбане, тоже потел. Распахнул кафтан и вытянул рубашку из штанов.

- Хорошо вам говорить, Микула, - продолжал он. - Вам драки не в новинку. Все знают, что Вы не только за наковальней стояли. Успели и по головам постучать, не только по железу.

- Вот и радоваться должны, что есть я в деревне, такой, - сказал кузнец. - Я вам еще раз говорю - не буду я им больше [п32] в пояс кланяться. И работать на них не буду. Если вы за мной не пойдете, начну сам:или найду таких, у кого в жилах не пиво, а кровь. Засядем в лесу и будем их перехватывать (лупить) [п33]по одному, как которого встретим. Ну сколько их всего? Десятка три? Может, и того меньше. А сколько здесь, в долине, сел? Крепких молодцов? Качай, Чоп!

- Качаю!

- Сильнее давай!

[п32]Пропущенное больше указывает, что до сих пор кузнец, стакиваясь с теми же проблемами, что и односельчане, не бунтовал.

 

[п33]Не brać=схватывать, а prać=лупить. Переводчик явно не столкнулся с «Потопом» Сенкевича на языке оригинала (книгой или фильмом), иначе наверняка помнил бы близнецов Кемличей и их знаменитое (и неоднократно обыгрываемое в польской культуре): „Prać, ojciec?” = «Отец, лупить?» :)

(...) С этими словами он схватил пана Анджея за ворот, а пан Анджей схватил его; но еще раньше с лавки поднялись два молодых Кемлича, Косьма и Дамиан, достав косматыми головами чуть не до потолка, и Косьма спросил:

- Как, отец, лупить?

- Лупить! - ответил старый Кемлич, выхватывая саблю.

Młot dzwonił o kowadło, rytmicznie, nieledwie melodyjnie. Czop dął w miech. Radim wysmarkał się w palce, wytarł dłoń o cholewę.

- Dobrze wam gadać - powtórzył. - A ilu to z Klucza pójdzie?

Kowal opuscił młot. Milczał.

- Takem myslał - rzekł stelmach. - Nikt nie pójdzie.

- Klucz sioło małe. Mieliście wybadać w Porogu i w Kaczanie.

- Ano badałem. Mówiłem wam, jak jest. Bez wojaków z Mayeny ludzie nie ruszą. Niektórzy gadają tak - co nam tamci, Vrany, Bobolaki, tych na widły możemy we trzy migi wziąć, ale co czynić, gdy kościej na nas pójdzie? W bór umykać. A chałupy, dobytek? Na plecy nie weźmiemy. A na kościeja nie nasza moc, to wiecie.

- Skąd mam wiedzieć?! Widział go kto?! - krzyknął kowal. - Może wcale nie ma nijakiego kościeja? Tylko strachu chcą wam do rzyci nagonić, kmiotkom? Widział go kto?

Молот бил о наковальню ритмично, почти мелодично. Чоп качал что было сил. Радим высморкался в руку, вытер ладонь о штаны (голенище).

- Хорошо вам говорить, - повторил он. - А кто из здешних решится с вами идти?

Кузнец опустил молот. Долго молчал.

- Вот я и говорю (я так и думал), - сказал колесник. - Никто не пойдет.

- Ключ - маленькое село. В Порогах и Кочерыжке народу гораздо больше. (Вы должны были разузнать в Порогах и Кочерыжке).

- Нет уж. Сами знаете. (Так ведь узнавал. Я вам говорил, как дело выглядит). Без солдат из Майены люди с места не сдвинутся (не выступят).[п34] Сами знаете, как они думают: Воронов да Коротышей [п35] нетрудно взять на вилы, но что делать, если на нас пойдет кащей? Убегать в лес? А избы, вещички? Дома и поля на спину не взвалишь. А уж с кащеем нам не совладать, сами знаете.

- А откуда мы знаем? Кто его вообще видел? - крикнул кузнец. - Может, никакого кащея и нет? Только страху на нас нагоняет эта банда? Видел его кто?

[п34]Ludzienieruszą się= люди не сдвинутся с места.

Ludzienieruszą__ = люди не выступят с оружием.

 

 

[п35] Опять же: почему название расы с большой буквы? Новые правила русского языка? Или незнание польского?

- Nie gadajcie, Mikula - Radim schylił głowę. - Sami wiecie, że z kupcami w ochronę nie byle jakie zabijaki chodziły, obwieszone żelazem, istne rezuny. A wrócił który z przełęczy? Ani jeden. Nie, Mikula. Trzeba czekać, mówię wam. Da komes z Mayeny pomoc, wtedy inna sprawa będzie.

Mikula odłożył młot, ponownie włożył pręt w palenisko.

- Nie przyjdzie wojsko z Mayeny - powiedział ponuro. - Pobili się panowie między sobą. Mayena z Razwanem.

- O co?

- A bo to wyrozumiesz, dlaczego się wielmożni biją?! Po mojemu, z nudów, kpy zaprzałe! - wrzasnął kowal. - Widzieliście go, komesa! Za co my jemu, gadowi, daninę płacim?

- Не глупите, Микула, - понурился Радим, - Сами знаете: с купцами ходили те еще вояки, все по уши в железе, настоящие разбойники. А вернулся кто из них с перевала? Ни один. Нет, Микула, говорю вам, нужно ждать. Правитель округа из Майены пришлет помощь, а это совсем другое дело.

Микула отложил молот и вновь сунул прут в пламя.

- Войско из Майены не придет, - сказал он понуро. - Господа воюют меж собой. Майена с Разваном.

- Зачем (из-за чего)?

- А кто его поймет,зачем (почему) воюют благородные? [п36] По-моему, со скуки, жеребцы стоялые! - крикнул кузнец. - Чтоб ему провалиться, правителю! За что только мы ему, гадюке, дань платим?

[п36] В оригинале Радим спрашивает о причине возникновения конфликта, в переводе – о цели. Аналогично – в ответе кузнеца.

Wyrwał pręt z żaru, aż sypnęły się iskry, wywinał nim w powietrzu. Czop odskoczył. Mikula chwycił młot, walnął raz, drugi, trzeci.

- Jak komes chłopaka mojego wygnał, do Kręgu tamtejszego go posłałem, pomocy prosić. Do druidów.

- Do czarowników? - spytał stelmach z niedowierzaniem. - Mikula?

- Do nich. Ale chłopak nie wrócił jeszcze.

Radim pokręcił głową, wstał, podciągnął spodnie.

- Nie wiem, Mikula, nie wiem. Nie na moją to głowę. Ale i tak na to samo wychodzi. Czekać trzeba. Kończcie robotę, wraz jadę, trzeba mi...

Он выхватил прут из огня, только искры брызнули, помахал им в воздухе. Подручный отскочил. Микула схватил молот, ударил, еще и еще.

- Как только правитель округа прогнал моего парнишку, я послал парня просить помощи у Круга. У друидов.

- К чародеям? - спросил колесник недоверчиво. - Да ну?

- К ним. Но не вернулся еще парень.

Радим покрутил головой, встал и подвернул штаны.

- Ну, не знаю, Микула, не знаю. Это уже не мое дело (не моего ума дело). [п37]Но все равно получается, что надо ждать. Вот если...(Заканчивайте работу, и я еду, мне надо...)

[п37] В оригинале стельмах говорит, что вопрос слишком для него сложный. В переводе – что вопрос его не касается.

Przed kuźnią, na podwórzu, zarżał koń.

Kowal zamarł z młotem wzniesionym nad kowadłem. Stelmach zaszczękał zębami, zbladł. Mikula spostrzegł, że drżą mu ręcę, wytarł je bezwiednie o skórzany fartuch. Nie pomogło. Przełknął ślinę i ruszył ku wyjściu, w którym wyraźnie rysowały się sylwetki jeźdźców. Radim i Czop poszli za nim, bardzo blisko, z tyłu. Wychodząc, kowal oparł pręt przy drzwiach.

Во дворе заржал конь.

Кузнец замер с занесенным молотом. Колесник побледнел, стуча зубами. Увидев, что дрожат руки, Микула неосознанно [п38]отер их о кожаный фартук. Не помогло. Он проглотил слюну и пошел к двери - там виднелись всадники. Радим и Чоп пошли следом, держась к нему поближе. Выходя, кузнец поставил прут за дверью.

[п38] Пропущенное слово ярко иллюстрирует эмоциональное состояние кузнеца.

Widział sześciu, wszystkich konno, w przeszywanicach, nabijanych żelaznymi płytkami, kolczugach, skórzanych hełmach ze stalowymi nosalami, wchodzącymi prostą linią metalu pomiędzy ogromne, rubinowoczerwone oczy, zajmujące połowę twarzy. Siedzieli na koniach nieruchomo, jakby niedbale. Mikula, biegając spojrzeniem od jednego do drugiego widział ich broń - krótkie dzidy o szerokim ostrzu. Miecze z dziwacznie wykutą gardą. Berdysze. Zębate gizarmy.

Na wprost wejścia do kuźni stało dwóch. Wysoki Vran na siwku okrytym zielonym kropierzem, ze znakiem słońca na hełmie. I drugi...

- Mateńko - szepnął Czop za plecami kowala. I zachlipał.

Он увидел шестерых конных, в тегиляях с нашитыми железными пластинами, кольчугах и кожаных шлемах со стальными стрелками, прямыми полосками металла меж огромных красных глаз, занимавших половину лица. Они сидели неподвижно, вольно (словно небрежно). Микула, окинув их взглядом, оценилих оружие (переводил взгляд с одного на другого, видел их оружие) [п38-1]- короткие копья с широкими остриями. Мечи со странными (странно выкованными)[п39] эфесами. Секиры(бердыши). Зазубренные протазаны (гизармы). [п40]

Прямо напротив двери стояли двое. Высокий Ворон на сивом коне, покрытом зеленой попоной, с золотым солнечным диском на шлеме. И другой...

- Мамочка... - прошептал Чоп за спиной кузнеца и всхлипнул.

[п38-1] В переводе Микула, которого застали врасплох, тем не менее сразу же оценивает соотношение сил, готовясь оказать сопротивление. Красивая картина. Жаль только, что Сапковский тут ни при чем: ни окинув их взглядом, ни оценил в оригинале нет.

 

[п39] Интересная подробность, если помним, что все это читатель видит глазами кузнеца. Зачем лишать текст такой достоверной детали?

 

[п40] Кажется, это не одно и то же. :)

Drugi jeździec był człowiekiem. Miał na sobie ciemnozielony, vrański płaszcz, ale spod dziobowatego hełmu patrzyły na nich blade, niebieskie - nie czerwone - oczy. W oczach tych kryło się tyle obojętnego, zimnego okrucieństwa, że Mikulę przeszył potworny strach, wdzierający się zimnem do trzewi, mdlący, spływający mrowieniem do pośladków. Nadal było cicho. Kowal słyszał bzykanie much, kłębiących się nad kupą nawozu za płotem.

Człowiek w hełmie z dziobem przemówił pierwszy.

- Który z was jest kowalem?

Второй всадник был человеком. На него был надет темно-зеленый плащ Ворона, но из-под носатого шлема смотрят(смотрели) светло-голубые, [п41] а не красные глаза. Но в этих глазах было [п42] столько отчужденности, холодной жестокости, что Микулу охватил нешуточный страх(ужасный страх, проникающий холодом во внутренности, тошнотворный, стекающий мелкой дрожью к ягодицам ). [п43]Стояла тишина. Кузнец слышал, как жужжат мухи, кружащие над кучей навоза за забором.

Человек в шлеме с носом заговорил первым:

- Кто из вас кузнец?

[п41] Интересно, что Сапковский для описания глаз прибывшего с вранами человека использует именно бледные голубые (а не светлоголубые). Позже в тексте постоянно повторяется бледноглазый (bladooki), что вряд ли можно назвать лестным описанием внешности. Эта важная (потому что единственная) составляющая портрета полностью потеряна в переводе, где человек все 4 раза голубоглазый (никаких отрицательных ассоциаций, не правда ли?), и лишь раз, при последнем его упоминании, появляется В его бледных глазах горела радость палача.

 

[п42] Кстати, вопрос из области русского языка: никому не кажется странным это смешение прошедшего и настоящего времен? ...всадник был человеком. На него надет ... плащ ..., но из-под шлема смотрят ... глаза. Но в ... глазах было столько отчужденности...

 

[п43] И опять переводчик избавил читателя от физиологических подробностей в авторском описании охватившего Микулу страха. Действительно, зачем столько натурализма? Достаточно ведь сказать, что его страх был нешуточный. :(

Pytanie było bezsensowne, skórzany fartuch i postura Mikuli zdradzały go na pierwszy rzut oka. Kowal milczał. Uchwycił okiem krótki gest, jaki bladooki wykonał do jednego z Vranów. Vran przechylił się na kulbace i machnął na odlew gizarmą, trzymaną w połowie drzewca. Mikula skurczył się, odruchowo kryjąc głowę w ramiona. Cios nie był jednak przeznaczony dla niego. Brzeszczot ugodził Czopa w szyję i wciął się skośnie, głęboko, druzgocąc obojczyk i kręgi. Chłopiec runął plecami na ścianę kuźni, zatoczył się na słup przy drzwiach i zwalił na ziemię, w samym wejściu.

Бессмысленный вопрос - кожаный фартук и стать Микулы позволяли обойтись и без него. Кузнец молчал. Он увидел, как голубоглазый (бледноглазый) сделал одному из Воронов почти незаметный жест. Ворон тут же перегнулся с седла, наотмашь взмахнул протазаном (гизармой), перехваченной за середину древка. Микула сгорбился, невольно пряча голову в плечи, но удар предназначался не ему. Острие глубоко вошло Чопу в шею, наискось, дробя ключицу и позвонки. Подручный кузнец сполз по стене на землю.(Парня отбросило к стене кузницы, он шатнулся к столбу у дверей и упал на землю возле самого входа.) [п44]

[п44] Опять же, зачем такие живописные подробности: описание раны, последние движения умирающего человека... С читателем надо бережнее обходиться!

- Pytałem - przypomniał człowiek w dziobowatym hełmie, nie spuszczając z Mikuli oka. Dłonią w rękawicy dotykał topora, zawieszonego u siodła. Dwaj Vranowie, stojący najdalej, krzesali ogień, zapalali smolne łuczywa, rozdawali innym. Spokojnie, bez pośpiechu, stępa, okrążali kuźnię, przykładali żagwie do strzechy.

- Я задал вопрос, - сказал человек в носатом шлеме, не спуская глаз с Микулы. Перчаткойон коснулся висевшего у седла топора. Два Ворона, стоявшие поодаль, спешились, высекли огонь, запалили смоляные факелы(лучины) и роздали их остальным. Спокойно, не торопясь, не суетясь,на идущих шагом лошадях, [п45] они окружили кузницу и подожгли стреху.

[п45] Лучшее доказательство, что всадники не спешились? В следующем предложении они передвигаются stępa - то есть ­сидя на идущей шагом лошади.

Radim nie wytrzymał. Zakrył twarz dłońmi, zaszlochał i ruszył prosto przed siebie, pomiędzy dwa konie. Gdy zrównał się z wysokim Vranem, ten z rozmachem wbił mu dzidę w brzuch. Stelmach zawył, upadł, dwukrotnie podkurczył i rozprostował nogi. Znieruchomiał.

- No i co, Mikula, czy jak ci tam - powiedział bladooki. - Zostałeś sam. I po co ci to bylo? Ludzi buntowac, po pomoc gdzieś tam posyłać? Myślałeś, że się nie dowiemy? Głupi jesteś. Są po wsiach i tacy, co doniosą, byle się przypodobać.

Радим не выдержал. Закрыл лицо руками, завопил(зарыдал) и побежал вперед, прямо меж двух коней. Едва он поравнялся с высоким Вороном, тот с размаху всадил ему копье в живот. Колесник, взвыв, упал, встрепенулся раза два и замер, раскинув ноги.

- Ну вот, Микула или как тебя там, - сказал голубоглазый (бледноглазый). - Ты остался один. Ты что это задумал? Бунтовать народ, искать где-то помощи? Думал, что мы не узнаем? Глупец... Есть в ваших деревнях и такие, что доносят. Хочется им к нам подольститься...

 

 

Strzecha na kuźni trzeszczała, stękała, buchała brudnym, żółtawym dymem. wreszcie huknęła, ryknęła płomieniami, sypnęła iskrami, czknęła potężnym oddechem żaru.

Стреха кузницы трещала, стонала, повалил грязный желтоватый дым, потом наконец, ухнула, взметнулось пламя, посыпались искры, потянуло жаром. [п46]

[п46] И опять русский язык. Стреха кузницы трещала, повалил желтоватый дым, потом взметнулось пламя, сыпались искры, потянуло жаром. Обратите внимание на глаголы: несов.вид - сов.вид - сов.вид - несов.вид - сов.вид. Думаю, что не только для меня предложение звучит странно.

- Twojego czeladnika dopadliśmy, wyśpiewał, dokąd go posyłałeś. Na tego, co ma przyjść z Mayeny, też czekamy - kontynuował człowiek w hełmie z dziobem. - Tak, Mikula. Wepchnąłeś swój parszywy nos tam, gdzie nie należało go wpychać. Za to spotka cię zaraz poważna nieprzyjemność. Tak myśle, że warto by cię wbić na pal. Znajdzie się tu w obejściu jakiś przyzwoity pal? Albo jeszcze lepiej - zawiesimy cię za nogi na drzwiach stodoły i obedrzemy ze skóry, jak węgorza.

- Твоего парня мы сцапали, и он нам все выложил, - сказал человек в шлеме. - И того, что придет из Майены, мы уж встретим. Ну что, Микула? Ты сунул свой паршивый нос куда не следовало. За это я тебе обещаю серьезные неприятности. Думаю, лучше всего будет посадить тебя на кол. Найдется тут поблизости подходящий? Или лучше повесить за ноги на воротах и содрать шкуру, как с угря.

 

- Dobra, dosyć tego gadania - rzekł wysoki Vran ze słońcem na hełmie, ciskając swoją żagiew w otwarte drzwi kuźni. - Zaraz zleci się tu cała wieś. Kończmy z nim raz dwa, zabierajmy konie ze stajni i odjeżdżajmy. Skąd to się bierze w was, ludziach, to zamiłowanie do katowania, do zadawania męki? W dodatku niepotrzebnej? Dalej, kończ z nim.

Bladooki nie odwrócił głowy w stronę Vrana. Pochylił się w siodle, naparł koniem na kowala.

- Właź - powiedział. W jego bladych oczach tliła się radość mordercy. - Do środka. Nie mam czasu, aby oprawić cię, jak należy. Ale mogę cię przynajmniej usmażyć.

- Хватит, - сказал высокий Ворон с солнцем на шлеме и бросил свой факел в распахнутую дверь кузницы. - А то вся деревня сюда сбежится. Кончаем с ним быстренько, забираем коней из конюшни и поехали. Откуда в вас, людях, такая страсть к палачеству, причинению мук? Таких, которые и не нужны вовсе? Давай, кончай с ним.

Голубоглазый (бледноглазый) и головы не повернул в его сторону. Наклонился в седле, наехал конем на кузнеца.

- Ну, давай, - сказал он. В его бледных глазах горела радость палача. - Иди внутрь. У нас (меня)нет времени разделаться с тобой как подобает.[п47]Но я все же хочу потешить душу.

[п47] Кажется, выше было о том, что разделаться как подобает хотел лишь бледноглазый. Так откуда у нас?

Mikula zrobił krok do tyłu. Na plecach czuł żar płonącej kuźni, huczącej padającymi ze stropu belkami. Jeszcze jeden krok. Potknął się o ciało Czopa i o pręt, który chłopak przewrócił, padając.

Pręt.

Mikula schylił się, błyskawicznie ucapił ciężkie żelazo i nie prostując się, z dołu, z całą siłą, jaką wyzwoliła w nim nienawiść, cisnął pręt prosto w pierś bladookiego. Dłutowato wykute ostrze przeszyło kolczugę.

Микула сделал шаг назад. Спиной он ощущал жар пылающей кузницы, гудящей падающими с перекрытия балками. Еще один шаг. Споткнулся о тело Чопа и о железный прут, который тот, падая, свалил.

Прут.

Микула молниеносно наклонился, схватил тяжелую железную полосу и, не выпрямляясь, [п48]снизу, со всей силой, какую будила в нем ненависть, вогнал прут прямо в грудь голубоглазому (бледноглазому). Длинное (долотообразно выкованое) острие незаконченного меча[п49]пробило кольчугу.

[п48] С точностью до наоборот. Ну да, переводчику видней, чем автору.

 

[п49]Вместо перевода – выдумка переводчика. Нигде в тексте не указывается, что Микула ковал именно меч.

 

[п49-1] У переводчика получается, что это тот же вран (верхом!), которого только что сбросил сивый конь...

 

Kowal nie czekał aż człowiek zwali się z konia. Runął do biegu na skos, przez podwórze. Za nim wrzask, tętęnt. Dopadł drewutni, wczepił się palcami w kłonicę, opartą o ścianę, natychmiast, z półobrotu, na ślepo, uderzył. Cios spadł prosto na siwka w zielonym kropierzu. Koń stanął dęba, zwalając w pył podwórka Vrana ze słońcem na hełmie. Mikula uchylił się, krótka włócznia huknęła w ścianę drewutni, zadygotała. Drugi Vran, dobywając miecza, spiął konia,uchodząc przed świszczącym zamachem kłonicy. Trzej następni szarżowali, wrzeszcząc, wywijając bronią. Mikula stęknął, otaczając się straszliwym młyńcem ciężkiego drąga. Trafił coś, znowu konia, który zarżał i zatańczył na tylnych nogach. Vran utrzymał się w siodle.

Кузнец не ждал, пока человек рухнет с коня. Припустил бегом через двор. Сзади кричали, стучали копыта. Достигнув дровяника, Микула схватил прислоненную к стене дубину и ударил что есть силы, не глядя, с полуоборота. Дубина угодила прямо в грудьсивому в зеленой попоне. Сивый встал на дыбы, сбросив в пыль Ворона с золотым солнцем на шлеме. Микула увернулся, и короткое копье вонзилось, вибрируя, в стену дровяника. Второй Ворон, [п49-1] доставая меч, пришпорил коня, уворачивался (уворачиваясь) от свистящей дубины. Трое других гарцевали (атаковали), [п50] крича и размахивая оружием. Микула крякнул, широко размахнулся, снова зацепил коня, тот заржал и заплясал на задних ногах, но Ворон удержался в седле.

[п50] Ну не странно ли: началась драка, а враны красуются, демонстрируя ловкость в верховой езде и заставляют коней совершать разные «танцевальные» движения?

 

 

Nad płotem, od strony lasu, przeleciał koń, wyciągnięty w skoku, zderzając się z siwkiem w zielonym kropierzu. Siwek spłoszył się, targnął uzdą, przewracając wysokiego Vrana, usiłującego go dosiąść. Mikula, nie wierząc własnym oczom spostrzegł, że nowy jeździec rozdwaja się - na pokurcza w kapturze, schylonego nad końskim karkiem i na jasnowłosego mężczyznę z mieczem, siedzącego z tyłu.

Со стороны леса показался конь - вытянувшись в струнку, преодолел забор и сшибся грудь в грудь с сивым в зеленой попоне. Сивый попятился, рванул поводья, опрокинув пытавшегося его оседлать хозяина. Микула, не веря глазам своим, увидел, что вновь прибывший всадник раздвоился: на пригнувшегося к конской шее паренька в капюшоне и сидящего сзади светловолосого мужчину с мечом.

 

Długa, wąska klinga miecza opisała dwa półkola, dwie błyskawice. Dwóch Vranów zmiotło z siodeł, runęli na ziemię w obłoku kurzu. Trzeci, zapędzony aż pod drewutnię, odwrócił się ku dziwnej parze i dostał sztych pod brodę, tuż ponad stalowy napierśnik. Ostrze miecza zalśniło, na moment wyzierając z tyłu karku. Jasnowłosy ześlizgnął się z konia i przebiegł przez podwórze, odciskając wysokiego Vrana od jego wierzchowca. Vran dobył miecza.

Длинный, узкий меч, блеснув молнией, описал два полукруга. Двух Воронов вынесло из седел, они полетели на землю в облаках пыли. Третий, доскакавший до дровяника, обернулся к странной паре и получил лезвие в горло, повыше стального нагрудника. Острие меча блеснуло, на мгновение показываясь сзади из шеи.[п51] Светловолосый спрыгнул с коня и побежал через двор, отсекая высокого Ворона от его коня. Ворон выхватил меч.

[п51] Продолжается ретуширование «кровавых» фрагментов.

Piąty Vran kręcił się pośrodku podwórza, usiłując opanować tańczącego konia, boczącego się na płonącą kuźnię. Ze wzniesionym berdyszem rozglądał się, wahał. Wreszcie wrzasnął, uderzył konia ostrogami i runął na pokurcza, uczepionego końskiej grzywy. Mikula zobaczył, jak malec odrzuca kaptur i zrywa z czoła opaskę, spostrzegł pomyłkę. Dziewczyna wstrząsnęła rudą grzywą i krzyknęła niezrozumiale, wyciągając dłoń w stronę szarżującego Vrana. Z jej palców trysnęła cienka smużka światła, jasnego jak rtęć. Vran wyfrunął z siodła, zatoczył w powietrzu łuk i zwalił się na piasek. Jego ubranie dymiło. Koń, bijąc ziemię wszystkimi czterema kopytami, rżał, trząsł łbem.

Пятый Ворон крутился посреди двора, пытаясь успокоить испуганного пылавшей кузницей коня. Держа занесенный бердыш, он оглядывался вокруг, колебался.Справился наконец, [п52] завопил, ударил коня шпорами и с занесенной секирой понесся прямо на парнишку в капюшоне, вцепившегося в конскую гриву. Микула понял свою ошибку, увидев, как тот сбрасывает капюшон и срывает с головы повязку. Девушка. Она встряхнула рыжимиволосами, рассыпавшимися по плечам, крикнула что-то непонятное, вытянув руку ладонью вверх навстречу налетающему Ворону. С ее пальцев метнулась узкая полоска света, блестевшего как ртуть. Ворон вылетел из седла, описал в воздухе дугу и рухнул в песок. Его одежда дымилась. Конь, роя землю копытами, ржал и тряс головой.

[п52] У Сапковского вран наконец решил, кого ему следует атаковать: Пятый Ворон крутился посреди двора, пытаясь успокоить (...) коня. (...) он оглядывался вокруг, колебался. Наконец, завопил, ударил коня шпорами и понесся прямо на парнишку (...). В переводе – наконец справился с конем: Пятый Ворон крутился посреди двора, пытаясь успокоить (...) коня. Справился наконец, завопил, ударил коня шпорами и понесся прямо на парнишку.

 

Wysoki Vran ze słońcem na hełmie cofał się powoli przed jasnowłosym ku płonącej kuźni, zgarbiony, obie ręce - w prawej miecz - wysuwając przed siebie. Jasnowłosy przyskoczył, starli się raz, drugi. Miecz Vrana poleciał w bok, a on sam, głową do przodu, zawisł na przeszywającym go ostrzu. Jasnowłosy cofnął się, szarpnął, wyrwał miecz. Vran upadł na kolana, przechylił się, zarył twarzą w ziemię.

Высокий Ворон с золотым солнцем на шлеме, теснимый светловолосым, медленно отступал к пылающей кузнице. Пригнувшись, обе руки вытянул перед собой, меч - в правой. Светловолосый подскочил, клинки скрестились раз, другой. Меч Ворона отлетел в сторону, а сам он, головой вперед, повис на пронзившем его лезвии. Светловолосый отступил, дернул, вырвал меч. Ворон упал на колени, наклонился, рухнул лицом в землю. [п53]

[п53] Переводчик вновь убирает детали. Жаль только, что без них описание схватки становится более бледным и картонным.

Jeździec, wysadzony z siodła błyskawicą rudowłosej, uniósł się na czworaki, macał dookoła w poszukiwaniu broni. Mikula otrząsnął się z zaskoczenia, zrobił dwa kroki, wzniósł kłonicę i spuścił ją na kark powalonego. Chrupnęła kość.

- Niepotrzebnie - usłyszał tuż obok siebie.

Dziewczyna w męskim strojubyła piegowata i zielonooka. Na jej czole błyszczał dziwny klejnot.

- Niepotrzebnie - powtórzyła.

- Pani wielmożna - zająknął się kowal, trzymając swój drąg jak gwardzista halabardę. - Kuźnia... Spalili. Chłopaka zabili, zasiekli. I Radima. Zasiekli, zbóje. Pani...

Jasnowłosy obrócił nogą ciało wysokiego Vrana, przyjrzał mu się, po czym podszedł, chowając miecz.

- No, Visenna - powiedział - teraz to już wmieszałem się na dobre. Jedno, co mnie niepokoi, to czy aby porąbałem tych, co trzeba.

- Tyś jest kowal Mikula? - spytała Visenna, zadzierając głowę.

- Ja. A wyście z Druidzkiego Kręgu, wielmożni? Z Mayeny?

Visenna nie odpowiedziała. Patrzyła na skraj lasu, na zbliżającą się biegiem gromadę ludzi.

- To swoi - rzekł kowal. - Z Klucza.

Всадник, выбитый из седла молнией рыжеволосой, поднялся на четвереньки и шарил вокруг, ища меч. Микула очнулся, сделал два шага, взметнул дубину и опустил ее на голову Ворона. Все было кончено. (Хрустнула кость.) [п54]

- Все в порядке (Напрасно), [п55] - услышал он.

Девушка в мужской одежде оказалась вблизи веснушчатой и зеленоглазой. На лбу у нее блестел удивительный самоцвет.

- Все в порядке (Напрасно), - повторила она.

- Благородная госпожа, - охнул кузнец, держа свою дубину, как гвардеец держит алебарду. - Кузницу вот... Сожгли. Мальчишку убили. И Радима зарубили, разбойники. Госпожа...

Светловолосый перевернул ногой труп высокого Ворона, посмотрел ему в лицо, потом отошел, пряча меч.

- Ну что, Висенна, - сказал он, - вот теперь я вмешался как раз вовремя (основательно). Вот только тех ли я порубил, кого нужно было?

- Ты и есть кузнец Микула? - спросила Висенна, задирая голову. [п56]

- Я. А вы из Круга друидов, благородные господа? Из Майены?

Висенна не ответила. Она смотрела в сторону леса, откуда бежало к ним множество людей.

- Это наши, - сказал кузнец. - Из Ключа.

[п54] Переводчик опять убирает слишком откровенные детали.

 

 

[п55] В переводе Висенна успокаивает Микулу, все в порядке, мол, все в порядке. В оригинале – спокойно констатирует, что смерть последнего врана была напрасной, надо было оставить его в живых.

 

 

[п56]Переводчик опять упускает авторское напоминание о низком росте Висенны.

 

V

- Dostalim trzech! - grzmiał czarnobrody przywódca grupy z Poroga, potrząsając kosą osadzoną na sztorc. - Trzech, Mikula! Za dziewkami na pola przygnali i tam my ich... Jeden ledwo zdołał ujść, konia dopadł, psi syn!

Oddział, stłoczony na polanie, wewnątrz kręgu ognisk, znaczących czerń nocnego nieba punkcikami lecących iskier, wrzeszczał, pohukiwał, wymachiwał orężem. Mikula wzniósł ręce, uciszał, chcąc posłuchać dalszych relacji.

- Мы троих завалили! - гремел чернобородый предводитель группы из Порогов, потрясая насаженной на жердь косой. - Трех, Микула! Прискакали на поле ловить девок, вот мы их там... Один только и ушел, успел на коня вскочить, сукин сын!

Отряд разместился на равнине (сбился на поляне), [п57] в кругу костров, выбрасывавших в ночное небо снопики искр; люди кричали, гомонили, размахивали оружием. Микула поднял руки, успокаивая их, - хотел послушать другие донесения.

[п57]Серьезное изменение масштаба :).

- Do nas wczoraj z wieczora przyskakało czterech - rzekł stary, chudy jak tyka sołtys z Kaczana. - Po mnie. Musiał ktoś donieść, żem się z wami zgadywał, kowalu. Zdążyłem na stryszek w stodole, drabinę wciągnąłem, widły w garść, chodźcie, wołam, psie krwie, no, który, wołam. Wzięli się stodółkę palić, już by po mnie było, ale ludziska nie strzymali, poszli na nich kupą. Tamci w konie,przebili się. Naszych parę padło, ale jednego z siodła zmietlim.

- Żyw? - spytał Mikula. - Słałem wam, żeby którego żywym wziąć.

- Eeee - żachnął się tykowaty. - Nie zdążylim. Baby wzięły wrzątku, podleciały pierwsze...

- Zawszem mówił, że w Kaczanie gorące baby - mruknął kowal, drapiąc się w kark. - A tego, co donosił?

- Znaleźlim - krótko rzekł chudzielec, nie wdając się w szczegóły.

- К нам вчера вечером прискакало четверо, - сказал старый, худой как жердь староста Кочерыжки. - За мной. - Кто-то им донес, что я с вами договаривался. Залез я на крышу(чердак) овина, лестницу за собой втянул, вилы взял: ну, говорю, заразы, лезьте ко мне, кто смелый. Взялись они овин поджигать, тут бы мне и конец, да наши не подвели (не выдержали), [п57-1] пошли на них кучей. Те прорываться верхами(по коням, прорвались). [п57-2] Наших парочку положили, но и мы одного с седла сдернули...

- Жив? - спросил Микула. - Я же вам наказывал - непременно живого брать.

- Эх... - только рукой махнул староста. - Не сберег я его. Бабы как налетели, как начали первые... (Бабы взяли кипятку, подбежали первые...) [п58]

- Я всегда знал, что в Кочерыжке горячие бабы, - буркнул Микула, почесывая в затылке. - А тот, что доносил?

- Отыскали и доносчика, - кратко сказал староста, не вдаваясь в подробности.

[п57-1] Совершенно иная мотивация! В переводе: не подвели – т.е. должны были отреагировать, на что рассчитывал староста – и так и сделали, выполнили обязанность. В оригинале: хотели вмешаться, но боялись – и желание вмешаться пересилило.

 

[п57-2] В переводе читающий это предложение еще не знает, чем все закончилось, в оригинале же результат уже ясен. Бушков снова держит читателя в неведении дольше Сапковского (см. также выше сцену с трупом на распутье).

 

[п58] Из-за искаженной фразы пропадает смысл последующей шутки:Бабы взяли кипятку, подбежали первые... - Я всегда говорил, что в Кочерыжке горячие бабы.

- Dobrze. A teraz słuchajcie, gromada. Gdzie tamci siedzą, wiemy już. Na podgórzu, obok owczarskich szałasów, są jamy w skale. Tamój zbóje zapadły i tam ich dostaniem. Siana, chrustu weźmiem na wozy, wykurzymy ich jak borsuków. Drogę zasiekiem zawalim, nie ujdą. Takem z tym oto rycerzem, co się zwie Korin, uradził. A i mnie, jako wiecie, wojaczka nie pierwszyzna. Z wojewodą Grozimem na Vranów chadzałem czasu wojny, zanim w Kluczu osiadłem.

Z ciżby znów sie rozległy bojowe okrzyki, ale szybko scichły, przyduszone słowem, zrazu wypowiadanym cicho, niepewnie. Potem coraz głośniej. Wreszcie zapadła cisza.

- Хорошо. А теперь слушайте, люди! Где засела эта банда, мы уже знаем. В предгорьях, возле пастушьего становища, есть в скале пещера. Там они засели, там мы их и достанем. Возьмем с собой сена да хворосту, довезем на телегах, выкурим их как барсуков. Дорогу завалим засекой, и никуда они не денутся. Так мы порешили с Корином, вот этим рыцарем. Да и мне, сами знаете, воевать приходилось. Я с вождем (воеводой) Грозимом ходил на Воронов во время войны, это уж потом осел в Ключе.

В толпе снова раздались воинственные крики, но тут же замолкли, оборванные одним-единственным словом, произнесенным сперва тихо, неуверенно. Потом оно зазвучало все громче. Наконец настала тягостная тишина. [п59]

[п59] Удаляя не раз подобные фрагменты из авторского текста, переводчик одновременно стремится «приукрасить» текст там, где, как ему кажется, таких деталей не хватает. Одним словом, переписывает рассказ на свой вкус.

Visenna wysunęła się zza pleców Mikuli, stanęła u boku kowala. Nie sięgała mu nawet do ramienia. Tłum zaszemrał. Mikula znowu uniósł obie dłonie.

- Przyszedł czas taki - zawołał - że nie ma co dłużej w tajemnicy kryć, żem po pomoc posłał do druidów z Kręgu, gdy komes z Mayeny pomocy nam odmówił. Nie nowina mi, że mnodzy z was krzywo na to patrzą.

Tłum ucichł z wolna, lecz wciąż falował, pomrukiwał.

- Oto jest pani Visenna - rzekł Mikula wolno. - Z mayeńskiego Kręgu. Na pomoc nam pośpieszyła na pierwsze wezwanie. Ci, co są z Klucza, znają ją już, ludzi tam leczyła, uzdrawiała mocą swoją. Tak, chłopy. Pani to maleńka, ale moc jej wielka. Ponad zrozumienie nasze owa moc, i straszna nam, ale przecież ku pomocy nam posłuży!

Висенна вышла из-за спины Микулы, встала рядом с Микулой, не доставая ему даже до плеча. Толпа зашумела. Кузнец воздел руки.

- Пришло время сказать правду, - прогремел он. - Когда правитель округа из Майены отказался нам помочь, я обратился к друидам из Круга. Знаю, что многие из вас косо на это смотрят,..

Толпа затихла, но все еще неспокойно шевелилась, кое-где раздавалось сердитое бормотанье.

- Вот это госпожа Висенна из майенского Круга, - сказал Микула медленно. - По первому зову она поспешила к нам на помощь. Те, кто из Ключа, уже ее знают, она лечила там людей, исцеляла своей силой. Да, мужики. Госпожа невелика ростом, но сила ее велика. Выше нашего понимания эта сила, страшит она нас, но для пользы нашей послужит!

 

Visenna nie odezwała się ani słowem, nie przemówiła ani nie uczyniła żadnego gestu w stronę zebranych. Ale ukryta moc tej małej, piegowatej czarodziejki była niewiarygodna. Korin ze zdumieniem poczuł, że przepaja go dziwny entuzjazm, że obawa przed tym czymś, co kryje się na przełęczy, obawa przed niewiadomym znika, rozwiewa się, przestaje istnieć, staje się nieważna, tak długo, jak długo błyszczy świetlisty klejnot na czole Visenny.

- Tak widzicie - ciągnął Mikula - że i na owego kościeja sposób się znajdzie. Nie sami idziemy, nie bezbronni. Ale wprzódy tamtych zbójów wybić mus nam!

- Mikula praw! - wrzasnął brodacz z Poroga. - Co nam, czary, nie czary! Na przełęcz, chłopy! Na pohybel kościejowym!

Tłum huknął jednym głosem, płomień ognisk rozbłysł na ostrzach wzniesionych kos, pik, siekier i wideł.

Висенна не произнесла ни слова, не сделала ни одного движения в сторону собравшихся. Но скрытая мощь невысокой, веснушчатой чародейки была невероятной. Корин с удивлением ощутил, что его охватывает удивительный энтузиазм, а страх перед тем, что кроется на перевале, страх перед неведомым - исчезает напрочь тем быстрее, чем сильнее сияет самоцвет на лбу Висенны.

- Видите, - сказал Микула, - и на кащея найдется управа. Мы не одни, мы вооружены (не беззащитны). Пусть эта банда только попробует вылезти навстречу! (Но сначала нам надо перебить тех разбойников!)

- Прав Микула! - крикнул бородач из Порогов. - Плевать, чары там или не чары! Вперед, мужики! Прикончим кащея(кащеевых)! [п60]

Толпа завопила, как один человек, пламя костров играло на остриях кос, пик, секир и вил.

[п60] В оригинале отуманенные чарами крестьяне смело собираются идти на перевал бить «кащеевых», чтобы Висенна могла потом (Но сначала нам надо перебить тех разбойников!) расправиться с кащеем. В переводе вызванный Висенной энтузиазм куда больший: мужики не только «кащеевых» не боятся (Пусть эта банда только попробует вылезти навстречу!), но и самого кащея собираются прикончить.

А ведь сама Висенна позже заявляет, что что не собирается «вдохновлять» чарами крестьян на бой с кащеем.

Korin przedarł się przez ciżbę, wycofał pod las, odnalazł kociołek zawieszony nad ogniskiem, miskę i łyżkę. Wydrapał z dna kotła resztkę przypalonej kaszy ze skwarkami. Usiadł, oparł miskę na kolanach, jadł powoli, wypluwając łuski jęczmienia. Po chwili poczuł obok siebie czyjąś obecność.

- Siadaj, Visenna - powiedział z pełnymi ustami.

Jadł dalej, zerkając na jej profil, wpółprzysłonięty kaskadą włosów, czerwonych jak krew w blasku ognia. Visenna milczała, zapatrzona w płomienie.

- Hej, Visenna, czemu siedzimy jak dwa puszczyki? - Korin odstawił miskę. - Ja tak nie mogę, zaraz robi mi się smutno i zimno. Gdzie oni schowali ten samogon? Dopiero co stał tu dzbanek, zaraza z nim. Ciemno jak w...

Druidka odwróciła się ku niemu. Jej oczy swieciły dziwnym, zielonkawym blaskiem. Korin zamilkł.

Корин пробрался сквозь толчею, отступил к лесу, подошел к висящему над огнем котелку, достал миску и ложку. Положил себе чуточку (остатки) подгоревшей каши со шкварками. Уселся, пристроил миску на коленях, ел медленно, выплевывая ячменную шелуху. Почуял чье-то присутствие рядом.

- Садись, Висенна, - сказал он с набитым ртом. И продолжал есть, косясь на ее профиль, водопад волос (профиль, полускрытый водопадом волос), красных, как кровь, в свете костра. Висенна молчала, глядя в пламя.

- Слушай, Висенна, что мы сидим, как две совы? - Корин отставил миску. - Я так не могу, сразу делается грустно и холодно. Куда они спрятали самогонку? Ведь был где-то жбан. Ну и леший с ним. (, черт его побери).[п61]Темно, как в...

Друидесса повернулась к нему. Ее глаза светились удивительным зеленым сиянием. Корин примолк.

[п61] В оригинале Корин просто выругался, в переводе – отказался от поисков самогона. :)

- Tak. Zgadza się - powiedział po chwili i odkaszlnął. - Jestem złodziej. Najemnik. Rabuś. Wmieszałem się, bo lubię bijatyki, wszystko mi jedno z kim się biję. Wiem, jaka jest cena jaspisu, jadeitu i innych kamieni, jakie jeszcze trafiają się w kopalniach Amell. Chce się obłowić. Jest mi obojętne, ilu z tych ludzi jutro zginie. Co jeszcze chcesz wiedzieć? Sam powiem, niepotrzebnie używasz tej błyskotki, schowanej pod wężową skórką. Nie zamierzam niczego ukrywać. Masz rację, nie pasuję ani do ciebie, ani do twojej szlachetnej misji. To wszystko. Dobranoc. Idę spać.

Wbrew słowom, nie wstał. Chwycił tylko kij i dźgnął nim kilkakrotnie płonące głownie.

- Korin - rzekła Visenna cicho.

- Tak?

- Nie odchodź.

- Ну да. Верно, - сказал он потом, откашлялся. - Ну да, я разбойник. Наемник. Грабитель. Вмешался, потому что люблю драку, и мне все равно, с кем биться, лишь бы биться. Знаю, сколько стоят яшма, жадеит и все другие камни, какие добывают в копальнях Амелла. И хочу добыть их побольше. Ну да, мне чихать, сколько из этих людей завтра погибнет. Что еще хочешь знать? Я сам все скажу, не нужно прикасаться к тому камешку, под змеиной шкуркой. Не собираюсь ничего скрывать. Ты права, меня не колышут ни ты, ни твоя благородная миссия (я не пара ни тебе, ни твоей благородной миссии). Вот и все. Доброй ночи. Иду спать.

Но не встал. Только схватил палку и принялся ворочать головешки.

- Корин, - сказала Висенна тихо.

- Что?

- Не уходи.

 

 

Korin spuścił głowę. Z brzozowego polana w ognisku buchały niebieskawe gejzery płomienia. Spojrzał na nią, ale nie mógł znieść widoku niesamowicie błyszczących oczu. Odwrócił głowę z powrotem w stronę ognia.

- Nie wymagaj od siebie za wiele - powiedziała Visenna, owijając się płaszczem. - Tak juz jest, że to, co nienaturalne, budzi strach. I wstręt.

Корин повесил голову. Березовое полено в костре брызгало искрами(голубоватыми гейзерами огня). Корин глянул на девушку, но не смог вынести взгляда (вида)[п62] нечеловечески светившихся глаз.Отвернулся к костру.

- Что ж, нельзя от тебя требовать слишком много (не требуй от себя слишком много), [п63] - сказала Висенна, кутаясь в плащ. - Так уж повелось, что сверхъестественное вызывает страх. И омерзение...

[п62] Wzroku=взгляда, widoku=вида. То есть Корину тяжело было вынести не взгляд Висенны (как это написано в переводе), ему было не по себе от зрелища: светящихся глаз чародейки (так в оригинале!).

 

[п63] «Обожаю» переводы с точностью до наоборот!

Оригинал: не требуй от себя слишком много = "ты слишком много от себя требуешь, ты слишком суров к себе".

Перевод: нельзя от тебя требовать слишком много = "ты меня разочаровал, не соответствуешь каким-то моим стандартам".

В оригинале – утешение, в переводе – критика. :)

- Visenna...

- Nie przerywaj mi. Tak, Korin, ludzie potrzebują naszej pomocy, są za nią wdzięczni, często nawet szczerze, ale brzydzą się nami, boją się nas, nie patrzą nam w oczy, spluwają za plecami. Mądrzejsi - jak ty- są mniej szczerzy. Nie jesteś wyjątkiem, Korin. Od wielu już słyszałam, że nie są dostatecznie godni, by siedzieć ze mną przy jednym ognisku. A zdarza się, że to my potrzebujemy pomocy tych... normalnych. Albo ich towarzystwa.

Korin milczał.

- Висенна...

- Помолчи. Да, Корин, людям нужна наша помощь, они благодарят за нее, иногда даже искренне, платят, иногда весьма щедро,[п64] но брезгуют нами, боятся нас, не смотрят нам в глаза, плюются за нашей спиной. А самые (более) умные, [п65] вроде тебя, режут правду в глаза (менее искренни). [п66]Ты не исключение, Корин. Многие заявляют, будто недостойны сидеть со мной у одного костра. Но случается, что как раз нам требуется помощь от... нормальных. Или их дружба(общество). [п67]

Корин молчал.

[п64] Ложный друг переводчика: szczerze – это не щедро, а искренне.

 

[п65] В отличие от русского языка, в котором сравнительная степень имени прилагательного - при отсутствии в предложении сравнения - может исполнять функции высшей степени («Это твоя лучшая работа», например), в польском такого явления не наблюдается :). Таким образом, Висенна сказала именно более умные, а не самые умные. Грамматика, господа.

 

[п66] С точностью до наоборот! Ведь речь идет как раз о том, что слова Корина о «недостоин» и «не пара» - не искренность, а уловка (Многие заявляют, будто недостойны сидеть со мной у одного костра.). У переводчика – все наоборот. :(((

 

[п67] Towarzysz=товарищ, приятель, спутник, towarzystwo=общество, компания, но никак не дружба!

- Wiem - ciągnęła Visenna - że byłoby ci łatwiej, gdybym miała siwą brodę do pasa i haczykowaty nos. Wówczas wstręt do mojej osoby nie powodowałby takiego zamieszania w twojej głowie. Tak, Korin, wstręt. Ta błyskotka, którą noszę na czole, to chalcedon - jemu w dużej mierze zawdzięczam moje zdolności magiczne. Masz rację, z pomocą chalcedonu udaje mi się czytać co wyraźniejsze myśli. Twoje są aż nadto wyraźne. Nie wymagaj, żeby mi było z tego powodu przyjemnie. Jestem czarownicą, wiedźmą, ale oprócz tego kobietą. Przyszłam tu bo… bo chciałam się z tobą przespać.

- Visenna...

- Nie. Teraz już nie chcę.

- Конечно, - сказала - Висенна, - тебе легче было бы, будь у меня седая борода до пояса и нос крючком. Тогда омерзение ко мне не привело бы в такое замешательство твои мысли. Да, Корин, омерзение. Этот камешек у меня на лбу - халцедон, ему я во многом обязана своими магическими способностями. Ты прав, как раз с его помощью я без труда читаюмысли. Твои тем более.Но не думай, что мне это приносит удовлетворение. (мне удается читать те более четкие мысли. А твои даже слишком четки.Не ожидай, что мне будет приятно.)[п68]Я чародейка, ведьма, но я еще и женщина. Я пришла, потому что... хотела тебя.

- Висенна...

- Нет. Теперь уж не хочу.

[п68] Не обсуждая уже того, что общий смысл этого фрагмента в оригинале (твои мысли (неизвестно почему) мне читать вообще легко. Но не думай, что читать мысли (твои и других) мне приятно, что это меня радует) и в переводе (твои мысли слишком четки, чтоб я их не слышала. Эти твои мысли мне неприятны.) совершенно иной, хочу обратить внимание читателей на то, что в переводе совершенно непонятно, почему Висенна тем более без труда читает мысли Корина.

Siedzieliwmilczeniu. Pstrokatyptak, wgłębilasu, wciemnościach, nagałęzidrzewa, czuł strach. Wlesiebyłysowy.

- Ztym wstrętem - odezwał się wreszcie Korin - lekko przesadziłaś. Przyznaję jednak, że budzisz we mnie coś w rodzaju niepokoju. Nie powinnaś była pozwolić, bym oglądał to, wtedy na rozstaju. Ten trup, wiesz?

- Korin - rzekła czarodziejka spokojnie. - Kiedy ty, pod kuźnią, wbiłeś Vranowi miecz w gardło, ja o mało nie wyrzygałam się na grzywę konia. Miałam kłopoty z utrzymaniem się w siodle. Ale zostawmy nasze specjalności w spokoju. Skończmy rozmowę, która prowadzi donikąd.

- Skończmy, Visenna.

Czarodziejka szczelniej otuliła się płaszczem. Korin dorzucił do ogniska kilka szczap.

- Korin?

- Tak?

- Chciałabym, żeby przestało ci być obojętne, ilu ludzi jutro zginie. Ludzi i... i innych. Liczę na twoją pomoc.

- Pomogę ci.

- To jeszcze nie wszystko. Zostaje sprawa przełęczy. Muszę otworzyć drogę przez Klamat.

Они замолчали. Пестрокрылая птица в глубине леса, и темноте, сидя на ветке, ощущала страх. В лесу были совы.

- Насчет омерзения ты чуточку ошиблась(преувеличила), - сказал наконец Корин. - Но скажу честно - ты будишь во мне что-то вроде... беспокойства. Ты должна была избавить меня от того зрелища на полянке (распутье). Помнишь труп?(Тот труп, понимаешь?) [п68-2]

- Корин, - сказала чародейка спокойно, - когда ты возле кузницы воткнул тому Ворону меч в горло, меня едва не вырвало на конскую гриву. Не знаю, как в седле удержалась. Каждый по-своему переносит разные... Ну, довольно об этом. (Но оставим в покое наши профессии. Закончим разговор, который ни к чему не ведет.)

- Довольно (закончим), Висенна.

Чародейка еще плотнее закуталась в плащ. Корин подбросил хвороста в огонь.

- Корин?

- Да?

- Я хотела бы, чтобы тебе не все равно было, сколько людей погибнет завтра. Людей и... других. Я надеюсь на тебя.

- Я помогу.

- Это еще не все. Остается перевал. Нужно его освободить. От т_о_г_о...

[п68-2] Корин не спрашивает, помнит ли Висенна вчерашний труп, он спрашивает, понимает ли она, что он имеет в виду, говоря о «зрелище на распутье».

 

Korin wskazał żarzącym się końcem patyka inne ogniska i ułożonych przy nich ludzi, uśpionych lub pogrążonych w cichych rozmowach.

- Z naszą wspaniałą armią - powiedział - nie powinniśmy z tym mieć kłopotów.

- Nasza armia zwieje do domów w momencie, w którym przestanę ich otumaniać czarami - uśmiechnęła się smutno Visenna. - A ja nie będę ich otumaniać. Nie chce, żeby któryś z nich zginął w walce nie za swoją sprawę. A kościej to nie jest ich sprawa, tylko sprawa Kręgu. Musze iść sama na przełęcz.

Корин указал раскаленным концом палки на другие костры и лежащих возле них людей, спящих или погруженных в тихие разговоры.

- С нашей великолепной армией все пройдет гладко.

- Наша армия разбежится по домам, едва я перестану отуманивать людей чарами, - сказала (грустно улыбнулась) друидка. [п69]- А я перестану. Не хочу, чтобы они погибали за чужие интересы. Кащей - не их дело. Это дела Круга. Мне самой придется идти на перевал. Одной.

[п69] Интересно, что это единственный случай в рассказе, когда переводчик образует женскую форму от слова «друид» таким образом – в остальном тексте присутствует форма «друидесса» (как «поэтесса»).

- Висенна, - сказал Корин, едва за старостой закрылась дверь. Друидесса обернулась к нему. - У твоего коня все подковы целы.

(...)

Друидесса повернулась к нему. Ее глаза светились удивительным зеленым сиянием.

(...)

- Наша армия разбежится по домам, едва я перестану отуманивать людей чарами, - сказала друидка.

(...)

- Перестань, Фрегенал! - оборвала его друидесса. - Все, что ты говоришь, меня нисколечко не задевает.

(...)

(...) Фрегенал подхватил с земли острый обломок камня и ударил Висенну в затылок. Друидесса упала, не вскрикнув.

(...)

Волосы друидессы подплывали кровью...

(...)

Микула (...) поднял друидессу на плечо, и они побежали.

(...)

- Отойдите! - крикнула друидесса, едва сдерживая рыдания.

- Nie. Sama nie pójdziesz - rzekł Korin. - Pójdziemy tam razem. Ja, Visenna, od dziecka wiedziałem, kiedy należy uciekać, a kiedy jeszcze za wcześnie. Wiedzę tę doskonaliłem przez lata praktyki i dzięki temu uchodzę obecnie za odważnego. Nie mam zamiaru narażać swojej opinii. Nie musisz mnie otumaniać czarami. Najpierw zobaczymy, jak ten kościej wygląda. Nawiasem mówiąc, według ciebie, co to jest, ten kościej?

Visenna pochyliła głowę.

- Obawiam się - szepnęła - że to jest śmierć.

- Нет. Одна ты туда не пойдешь. Мы пойдем вместе. Я, Висенна, с детства знал, когда самое время убегать, а когда еще рано. У меня было много времени, чтобы усовершенствовать это знание. Благодаря этому я и прослыл храбрецом. Я не собираюсь рисковать своей репутацией. Так что меня не нужно отуманивать чарами. Сначала посмотрим, как этот Кащей выглядит. Кстати, как, по-твоему, что он такое, Кащей этот?

Висенна понурилаголову.

- Боюсь, что это - смерть, - шепнула она.

 

VI

Tamci nie dali się zaskoczyć w jaskiniach. Czekali w siodłach, nieruchomi, wyprostowani, wpatrzeni w wychodzące z lasu szeregi uzbrojonych chłopów. Wiatr, targający ich płaszczami, upodabniał ich do wychudłych, drapieżnych ptaków o postrzępionych piórach, groźnych, budzących respekt i strach.

- Osiemnastu - policzył Korin, stając w strzemionach. - Wszyscy konno. Sześć luzaków. Jeden wóz. Mikula!

Kowal szybko przeformowal swój oddział. Uzbrojeni w piki i oszczepyprzyklękli na skraju zarośli, wbijając tylce broni w ziemię. Łucznicy wybrali pozycje za drzewami. Reszta wycofała się w gąszcz.

Jeden z jeźdźców ruszył w ich stronę, zbliżył się. Wstrzymał konia, uniósł rękę nad głową, coś krzyknął.

Тамошние не собирались прятаться (не дали застать себя врасплох)[п70] в пещерах. Они сидели в седлах, выпрямившись, не шевелясь, не отрывая глаз от выходящих из леса рядов[п71]вооруженных крестьян. Ветер, рвавший их плащи, придавал им вид тощих хищных птиц с растрепанными перьями, грозных, внушавших уважение и страх.

- Восемнадцать, - сосчитал Корин, встав на стременах. - Все конные. Шесть заводныхконей. Один воз. Микула!

Кузнец быстро перестраивал свой отряд. Вооруженные пиками и копьями выстроились (стали на колено) на опушке, воткнув древки в землю. Лучники укрылись за деревьями. Остальные теснее сгрудились (отступили в чащу).

Один из всадников поскакалв их сторону. Подъехал близко, придержал коня, поднял руку над головой и что-то крикнул.

[п70] Интересно, почему быть начеку переводчик передал как не захотеть прятаться?

 

[п71] Важная подробность: крестьяне шли отрядом, а не толпой.

- Podstęp - mruknął Mikula. - Znam ich, psich synów.

- Przekonamy się - rzekł Korin, zeskakując z kulbaki. - Chodź.

Wolno podeszli do konnego, we dwóch. Po chwili spostrzegł, że Visenna idzie za nimi.

Jeździec był Bobołakiem.

- Będę mówił krótko - zawołał, nie zsiadając z konia. Jego małe, błyszczące oczka migotały, w pół skryte w futrze porastającym twarz. - Jestem obecnym dowódcą grupy, którą tam widzicie. Dziewięciu Bobołaków, pięciu ludzi, trzech Vranów, jeden Elf. Reszta nie żyje. Doszło między nami do nieporozumień. Nasz były przywódca, którego pomysły tutaj nas sprowadziły, jest tam w jaskini, związany. Zrobicie z nim, co zechcecie. My chcemy odjechać.

- W rzeczy samej mowa była krótka - parsknął Mikula. - Wy chcecie odjechać. A my chcemy wypruć z was flaki. Co ty na to?

- Хитрит, - шепнул Микула. - Знаю я их, собак.

Корин спрыгнул с коня:

- Нет, подожди... (Увидим. Пошли.)

И пошел навстречу всаднику.(Они медленно подошли к всаднику, вдвоем.)[п72] Вскоре заметил, что Висенна идет следом. Всадник оказался Коротышом. [п73]

- Я буду говорить немного (коротко), - сказал он, не спешиваясь. Его маленькие, блестящие глазки помаргивали (поблескивали), личико заросло шерстью(полускрытые в покрывающем лицо мехе). [п74] - Я новый начальник отряда, который вы там видите. Девять карликов (коротышей), [п75] пять людей, три Ворона, один Эльф. [п76] Остальные мертвы. У нас случилось небольшоенедоразумение (Между нами начались неурядицы). [п77] Наш бывший повелитель, по чьему приказу мы все делали (предводитель, чьи замыслы привели нас сюда), лежит сейчас связанный в пещере. Делайте с ним что хотите. Мы уезжаем (хотим уехать).

- В самом деле, ты умеешь говоритькратко, - сказал Микула. - Вы уезжаете(хотите уехать). [п78]А вот мы хотим выпустить из вас кишки. Как ты на это смотришь?

[п72] Если на переговоры пошел только Корин (а так в переводе), к которому потом присоединилась Висенна, то откуда там взялся Микула, буквально абзацем ниже?

 

[п73] Опять же, с какой стати название расы с большой буквы?

 

[п74] Значительная разница: личико заросло шерстью указывает, что лицо боболака могло быть и без шерсти. Польский текст подобного указания не содержит.

 

[п75] Для определения этой расы переводчик вслед за Сапковским использует два слова: «коротыш» и «карлик». Первое – название расы, второе, по-видимому, указание на рост коротышей. Но чтоб коротыш сам себя и своих соплеменниковназывал «карликами»? Это уже совсем не по Сапковскому. :(

 

[п76] Снова названия рас с большой буквы. (см. комментарии выше).

 

[п77] Казалось бы, перевод верен: nieporozumienia – это именно недоразумения. Но второе значение этого слова (также обязательно присутствующее в словаре) – это нелады, неурядицы. То, что конфликт в отряде (в результате которого произошла смена власти и несогласные были убиты) был назван небольшим недоразумением, свидетельствует, безусловно, о большом чувстве юмора – но увы, переводчика.

 

[п78] Мы хотим уехать - предложение своей позиции в переговорах. Мы уезжаем - констатация факта. Тогда зачем переговоры?

Bobołak błysnął szpiczastymi zębami, prostując w siodle swą maleńką postać.

- Myślisz, że paktuję ze strachu przed wami, przed waszą bandą zasrańców w słomianych łapciach? Proszę bardzo, jeśli chcecie, przejedziemy wam po brzuchach. To nasze rzemiosło, chłopie. Wiem czym ryzykujemy. Nawet jeśli część padnie, reszta przejedzie. Takie jest życie.

- Wóz nie przejedzie - wycedził Korin. - Takie jest życie.

- Trudno.

- Co jest na wozie?

Bobołak splunął przez prawe ramię.

- Jedna dwudziesta tego, co zostało w jaskini. I żeby wszystko było jasne - każecie zostawić wóz, nie ma zgody. Jeżeli mamy wyjść z tej hecy bez profitu, to wolimy ze świadomością, że nie bez walki. No, jak będzie? Jeżeli mamy się bić, to wolę teraz, rano, zanim słonko nie zacznie przypiekać.

- Smiały jesteś - powiedział Mikula.

- Wszyscy tacy w mojej rodzinie.

- Puścimy was, jeśli zlożycie broń.

Bobołak splunął ponownie, dla odmiany przez lewę ramię.

- Nic z tego - warknął krótko.

- Tu cię boli - zaśmiał się Korin. - Bez broni jesteście śmiecie.

- A ty czym jesteś bez broni? - zapytał karzeł bez emocji. - Królewiczem? Przecież widzę, coś za jeden. Myślisz, że jestem ślepy?

Карлик показал острые зубы, маленькая фигурка гордо выпрямилась в седле:

- Думаешь, мы уезжаем (я веду переговоры) из страха перед вами, бандой говнюков в лаптях? Пожалуйста, если вы так хотите, не имею ничего против,[п79] мы поскачем напрямик (проедем по вашим животам). Это наше ремесло. Мыпривыкли (Я знаю, чем мы рискуем). Даже если часть из нас погибнет, остальные прорвутся. Такова жизнь.

- Воз не прорвется, - пожал плечами(процедил) Корин. - Такова жизнь.

- Пусть.

- Что на возу?

Коротыш сплюнул через правое плечо:

- Ничтожная (одна двадцатая) [п80]часть того, что осталось в пещере. Для ясности - если вы предложите нам проехать, оставив воз, мы не согласны. Если нам суждено выйти отсюда без добычи, без битвы мы не уйдем. Ну как? Если хотите биться, давайте начнем побыстрее, пока солнце не припекает.

- А ты не трус, - покачал головой Микула.

- В нашем роду все такие.

- Мы вас пропустим, если сложите оружие.

Карлик сплюнул еще раз, для разнообразия через левое плечо.

- Не выйдет, - кратко сказал он.

- Да он просто боится (задело), [п81] - засмеялся Корин. - Без оружия они (вы) - барахло.

- А кто ты такой без оружия? - спокойно спросил Коротыш. - Неужели принц? Думаешь, я тебя не раскусил? Ясно мне, кто ты такой.

 

[п79] Как раз имеет, и хотел бы этого избежать (отсюда сам факт переговоров).

 

[п80] Во-первых, «1/20» показывает, что говорящему точно известен размер оставшихся сокровищ. Во-вторых, идут переговоры, Кехл торгуется за жизни членов своего отряда, и оперирует он при этом не обманчиво-неопределенным «ничтожная часть», а открытым и конкретным предложением четко ясно определенной суммы (в пещере осталось еще 19/20).

 

[п81] Tusię boisz = вот чего ты боишься, tucię boli = вот что тебя ранит /задевает /вот в чем твоя проблема

- Z bronią gotowiście jutro wrócić - powiedział wolno Mikula. - Choćby po resztę tego, co zostało w jaskini, jako powiadasz. Po jeszcze większy profit.

Bobołak wyszczerzył zęby.

- Był taki pomysł. Ale zrezygnowaliśmy z niego po krótkiej dyskusji.

- Bardzo słusznie - rzekła nagle Visenna, wysuwając się przed Korina, stając też przed konnym. - Bardzo słusznie, że zrezygnowaliście, Kehl.

Korinowi wydało się, że wiatr gwałtownie się wzmógł, zawył wśród skał i traw, uderzył zimnem. Visenna mówiła dalej, nie swoim, metalicznym głosem:

- Każdy z was, który spróbuje tu wrócić, umrze. Widzę to i przepowiadam. Odejdźcie stąd natychmiast. Natychmiast. Zaraz. Każdy, kto spróbuje wrócić, umrze.

- Оставшись с оружием, вы завтра же вернетесь, - медленно сказал Микула. - Хоть бы забрать то, что еще, как ты сказал, осталось в пещере. Ты сам сказал, что вы забрали ничтожную часть. (За еще большей добычей).

Коротыш оскалился.

- Была такая мысль. Но мы посоветовались и решили ее отбросить.

- И правильно поступили, - Висеннавстала перед всадником. - И правильно сделали, Кехл.

Корину показалось, что ветер усилился вдруг, завыл меж скал и деревьев (трав), дунул холодом. Висенна продолжала чужим, металлическим голосом:

- Любой из вас, кто попытается вернуться, умрет. Вижу это и предрекаю. Уезжайте отсюда немедленно. Немедленно. Сейчас же. Любой, кто попытается вернуться, умрет.

 

Bobołak pochylil się, spojrzał na czarodziejkę znad końskiego karku. Nie był młody - futro miał już prawie popielate, upstrzone białymi kosmykami.

- To ty? Tak myślałem. Rad jestem, że... Mniejsza z tym. Powiedziałem, że nie zamierzamy tu wracać. Dołączyliśmy do Fregenala dla zarobku. To się skończyło. Teraz mamy na karku Krąg i całe wsie, a Fregenal zaczął bredzić o władzy nad światem. Mamy dość i jego, i tego straszydła z przełęczy.

Szarpnął wodzami, obrócił konia.

- Po co ja to mówię? Odchodzimy. Bywajcie w zdrowiu.

Nikt mu nie odpowiedział. Bobołak zawahał się, spojrzał na skraj lasu, potem obejrzał się na nieruchomy szereg swoich jeźdźców. Znowu pochylił się w siodle, i zajrzał w oczy Visenny.

- Byłem przeciwny zamachowi na ciebie - powiedział. - Teraz widzę, że słusznie. Jeśli ci powiem, że kościej to śmierć, to i tak pójdziesz na przełęcz?

- Prawda.

Коротыш наклонился, внимательно посмотрел на чародейку поверх конской головы. Он был немолод - личико сморщенное,[п82]шерсть (мех) поседела.

- А, это ты? Ну, так я и думал. Я рад, что... Не важно. Я же сказал, что возвращаться мы не собираемся. Мы служили Фрегеналу за плату. Но довольно. Против нас - Круг и все окрестные села, а Фрегенал бредит о власти над миром. Надоели нам и он, и его страшилище с перевала.

Он дернул поводья, повернул коня.

- Что-то я разговорился. (Зачем я это говорю?) Мы уезжаем. Всего вам доброго.

Никто ему не ответил. Коротыш поколебался, посмотрел на опушку, потом оглянулся на неподвижную шеренгу своих всадников. [п83]Обернулся (снова наклонился в седле) и глянул в глаза Висенне.

- Я был против покушения на тебя, - сказал он. - Теперь вижу, что поступил правильно. Если я скажу, что кащей - это смерть, ты и тогда пойдешь на перевал?

- Вот именно.

[п82] Интересно, как это видно из-под меха?

 

[п83] В переводе получается, что на опушке стояли не вышедшие из леса крестьяне, а 18 «кащеевых»: Коротыш посмотрел на опушку,на неподвижную шеренгу своих всадников.

Kehl wyprostował się, krzyknął na konia, pocwałował do swoich. Po chwili konni formując kolumnę, otaczając wóz, ruszyli w stronę drogi. Mikula już był przy swoich, perorował, uspokajał brodacza z Poroga oraz innych, żądnych krwi i zemsty. Korin i Visenna w milczeniu obserwowali mijający ich oddział. Tamci jechaliwolno, patrząc przed siebie, demonstrując spokój i zimną pogardę. Jedynie Kehl, mijając ich, uniósł lekko dłoń w pożegnalnym geście, z dziwnym grymasem twarzy przypatrując się Visennie. Potem raptownie poderwał konia, popędził na czoło kolumny, zniknął wśród drzew.

Кехл выпрямился, прикрикнул на коня и поскакал к своим. Вскоре всадники, выстроившись колонной, окружив воз, двинулись в сторону дороги, Микула уже метался среди своих, надрывал глотку, успокаивая бородача с Порогов и остальных, жаждущих крови и мести. Корин с Висенной молча разглядывали проезжавший мимо конный отряд. Всадники небрежно откинувшись в седлах (ехали медленно), [п84] демонстративно смотрели прямо перед собой, спокойно и презрительно. Только Кехл, миновав (минуя) их, чуть приподнял ладонь в прощальном жесте, состроил Висенне неописуемую гримасу(смотря на Висенну со странным выражением лица). [п85] Потом подстегнул коня и встал во главе колонны, вскоре исчезнувшей меж деревьев.

[п84] По-видимому, переводчик воспринял jechaliwolno= ехали медленно как команду «Вольно!». Ну что ж, похоже... :)

 

 

[п85] Получается, что Кехл миновал Висенну и Корина, а потом уже поднял ладонь, прощаясь и... хм... состроил гримасу. В переводе, как видите, все совсем не так.

 

VII

Pierwszy trup leżał przy samym wejściu do pieczar, stłamszony, wciśnięty między worki z owsem i kupę chrustu. Korytarz rozwidlał się, tuż za rozwidleniem leżały następne dwa - jeden prawie zupełnie pozbawiony głowy uderzeniem maczugi lub obucha, drugi pokryty zakrzepłą krwią z licznych ran. Wszyscy byli ludzmi.

Visenna zdjęła opaskę z czoła. Z diademu emanował blask, jaśniejszy od swiatła pochodni, oświetlając mroczne wnętrze jamy. Korytarz wiódł do większej pieczary. Korin zagwizdał cichutko przez zęby.

Pod ścianami stały skrzynie, worki i beczki, piętrzyły się stosy końskiej uprzęży, bele wełny, broń, narzędzia. Kilka skrzyń było rozbitych i pustych. Inne były pełne. Przechodząc, Korin widział matowozielone grudki jaspisów, ciemne odłamki jadeitu, agaty, opale, chryzoprazy i inne kamienie, których nie znał. Na kamiennym podłożu, skrzącym się gdzieniegdzie porozrzucanymi punkcikami złotych, srebrnych i miedzianych monet, leżały, ciśnięte bezładnie, pęki futer - bobrów, rysi, lisów, rosomaków.

Первый труп они обнаружили у самого входа в пещеру, он лежал смятый, втиснутый меж вязанкой хвороста и мешком(ами) овса. Ход раздваивался, и тут же обнаружились еще два трупа - у одного голова отрублена почти напрочь (один почти совсем лишенный головы ударом дубинки или обуха), другой покрыт свернувшейся кровью из многочисленных ран. Все трое были людьми.

Висенна сняла со лба ремешок из змеиной кожи. Диадема сияла ярче света факелов, освещая мрачные коридоры. Ход вел в большую пещеру. Корин тихонько насвистывал(тихонько присвистнул) сквозь зубы. [п86]

Они вошли в пещеру. Вдоль стен стояли сундуки, мешки и бочки, грудами лежали конская упряжь, тюки белой[п87] шерсти, оружие, разный скарб. Несколько сундуков оказалось разбитыми и пустыми. Но другие полны. Проходя, Корин видел в них матово-зеленые друзыяшмы, темные куски жадеита, агаты, опалы, хризопразы и другие самоцветы, названия которых не знал. На каменном полу, где искрящимися точками там и сям валялись золотые, серебряные, медные монеты, лежали в беспорядке вороха шкур (мехов) [п88]- бобровых, рысьих, росомашьих, лисьих.

[п86] Ход вел в перещеру и Корин присвистнул при виде богатств в пещере! – в следующем предложении автор объясняет, что именно тот увидел. В переводе же Корин просто перемещается, насвистывая какую-то мелодию, потом они входят в пещеру и видят там богатства.

 

[п87] Bele (им.пад. ед.чис. - bela, им.сущ. ж.р.) – это именно тюки, а не белой :))

 

[п88] Шкура (или кожа) –это skóra. Futro – это мех.

Visenna, nie zatrzymując się nawet na chwilę, zmierzała do dalszej kawerny, znacznie mniejszej, mrocznej. Korin podążył za nią, tęsknie oglądając się na skrzynie.

- Tutaj jestem - odezwał się ciemny, niewyraźny kształt, leżący na stosie szmat i skór, pokrywających ziemię.

Zbliżyli się. Skrępowany człowiek był niski, łysy, otyły. Ogromny siniak pokrywał mu połowę twarzy.

Visenna dotknęła diademu, chalcedon na chwilę rozbłysnął jaśniejszym światłem.

- To niepotrzebne - rzekł skrępowany. - Znam cię. Zapomniałem, jak cię nazywali. Wiem, co masz na czole. To niepotrzebne, mówię. Napadli mnie podczas snu, zabrali mój pierścień, zniszczyli różdżkę. Jestem bezsilny.

- Fregenal - powiedziała Visenna - zmieniłeś się.

- Visenna - mruknął grubas. - Przypomniałem sobie. Nie spodziewałem się, że przyślą ciebie. Myślałem, że to będzie mężczyzna, dlatego posłałem Manissę. Z mężczyzną moja Manissa poradziłaby sobie.

- Nie poradziła sobie - pochwalił się Korin, patrząc dookoła. - Chociaż trzeba oddać nieboszczce sprawiedliwość. Starała się jak mogła.

- Szkoda.

Висенна, ни на миг не задерживаясь, перешла во вторую пещеру, гораздо меньшую, темную. Корин шел следом, то и делос тоской оглядываясь на сундуки.

- Я здесь, - отозвался темный непонятный предмет, лежавший на груде покрывавших пол тканей (тряпок) и шкур.

Они приблизились. Это был связанный человек - низенький, лысый, толстый. Половина его лица была сплошным синяком.

Висенна прикоснулась к диадеме, халцедон на миг вспыхнул ярче.

- Нет необходимости, - сказал связанный. - Я тебя знаю. Забыл только, как зовут. Я знаю, что у тебя на лбу. Говорю тебе, в этом нет нужды. На меня напали на спящего, забрали мой перстень, сломали волшебный прутик (волшебную палочку). [п89]Я бессилен.

- Ты изменился, Фрегенал, - сказала Висенна.

- Висенна, - буркнул толстяк. - Я вспомнил. Не ожидал я, что они пришлют тебя. Думал, это будет мужчина, потому и отправил навстречу Маниссу. С мужчиной моя Манисса справилась бы.

- Однако ж не справилась, - заметил(похвастался) Корин, глядя вокруг. - Но покойнице надо отдать должное. Старалась как могла.

- Жаль...

[п89]Różdżka (czarodziejskaróżdżka) – в русской традиции это волшебная палочка. Никого не удивил этот прутик?

Visenna rozejrzała się po jaskini, pewnym krokiem skierowała się do kąta, czubkiem buta odwróciła kamień, z jamki pod nim wydobyła gliniany garnuszek, zawiązany natłuszczoną skórą. Rozcięła rzemyk swoim złotym sierpem, wyciągnęła zwój pergaminu. Fregenal przyglądał się jej złowrogo.

- Proszę, proszę - powiedział drżącym ze złości głosem. - Co za talent, pogratulować. Umiemy znajdować ukryte rzeczy. Co jeszcze umiemy? Wróżyć z baranich kiszek? Leczyć wzdęcie u jalówek?

Visenna przeglądała kartę po karcie, nie zwracając na niego uwagi.

Осмотревшись, Висенна решительно направилась в угол, носком башмака отвалила камень, из ямки под ним достала глиняный горшок, завязанный промасленным кожаным лоскутом. Разрезала ремешок своим золотым серпом, вытащила свиток пергамента. Фрегенал зло наблюдал за ней.

- Прошу, прошу (Скажите пожалуйста), [п90] - сказал он дрожащим от яростиголосом. - Ну и талант - умеешь находить спрятанное. А что мы еще умеем? Гадать на бараньих потрохах? Коров лечить (лечить вздутие у яловок)? [п91]

Висенна, не обращая на него внимания, просматривала лист за листом.

[п90] О разнице (а точнее, путанице) в использовании (и переводе) пожалуйста (proszę) и прошу (proszę, zapraszam) см. на сайте рубрику "За рабочим столом"

 

[п91] На первый взгляд, замена конкретного заболевания общим понятием лечить (зачем читателю такие подробности?) не приносит тексту никакого вреда. Однако далее в рассказе Висенна повторяет слова Фрегенала: Я всегда заработаю на жизнь лечением яловок от вздутия и таких старых хрычей, как ты, - от бессилия. Переводчик и в этом случае изменяет авторский текст: заработаю лечением коров от бесплодия. В результате эффект повторения в переводе потерян, а у читателя создается впечатление, что Висенна специализируется в лечении половых проблем людей и животных (раз именно эти два случая приводит в качестве теоретического источника средств к существованию).

- Ciekawe - rzekła po chwili. - Jedenaście lat temu, kiedy wypędzono cię z Kręgu, zginęły pewne strony z Zakazanych Ksiąg. Dobrze, że się znalazły i to wzbogacone komentarzem. Że też odważyłeś się zastosować Podwójny Krzyż Alzura, no, no. Nie sądzę, żebyś nie pamiętal, jak skończył Alzur. Kilka jego stworów podobno jeszcze krąży po świecie, w tym również ten ostatni, wij, który zmasakrował go i zrujnował pół Mariboru, zanim nie uciekł w las na Zarzeczu. - Złożyła kilka pergaminów na czworo, schowała do kieszeni na bufiastym rękawie kaftana. Rozwinęła następne.

- Aha - powiedziała, marszczac czoło. - Wzór Drzewokorzenia, nieznacznie zmieniony. A tutaj Trójkat w Trójkacie, sposób na wywołanie serii mutacji i ogromnego przyrostu masy ciała. A cóż to posłużyło ci za stworzenie wyjściowe, Fregenal? Co to jest? Wygląda, jak zwykły spałęk. Fregenal, czegoś tu brakuje. Wiesz, o czym mówię, mam nadzieję?

- Cieszę się, że zauważyłaś - wykrzywił się czarownik. - Zwykły spałęk, powiadasz? Kiedy ten zwykły spałęk wyjdzie z przełęczy, świat oniemieje ze zgrozy. Na chwilę. A potem zacznie krzyczeć.

- Dobrze, dobrze. Gdzie są zaklęcia, których tu brakuje?

- Nigdzie. Nie chciałem, by dostały się w niewłaściwe ręce. Zwłaszcza w wasze. Wiem, że cały Krąg marzy o władzy, jaką można mieć dzieki nim, ale nic z tego. Nigdy nie uda się wam stworzyć niczego choćby w połowie tak groźnego, jak mój kościej.

- Любопытно, - сказала она. - Одиннадцать лет назад, когда тебя изгнали из Круга, исчезли первые (некоторые) [п92]страницы Запретных Книг. Хорошо, что они теперь отыскались и даже с твоимидобавлениями. Вижу, ты отважился употребить Двойной Крест Алзура. Ну-ну... Вряд ли ты забыл, как кончил Алзур. Несколько его созданий до сих пор бродят по свету, в том числе и самый последний, многоног, что убил Алзура и разрушил половину Марибора, прежде чем сбежать в леса Заречья.

Она сложила несколько пергаментов вчетверо, спрятала в кошель у пояса (карман на пышном рукаве кафтана). [п93]Развернула остальные.

- Ага, - сказала, морща лоб. - Незначительно измененный Образ Древокорня. А здесь Треугольник в Треугольнике, способ для проведения серии мутаций и огромного прироста массы тела. А что послужило образцом для твоего чудища, Фрегенал? Что это? Выглядит как обычный жучок... Фрегенал, чего-то здесь недостает. Надеюсь, ты понимаешь, о чем я?

- Я рад, что ты заметила, - выкрикнул (скривился)[п94] чародей. - Обычный жучок, говоришь? Когда этот обычный жучок сойдет с перевала, мир онемеет от страха. На миг. А потом завопит что есть мочи.

- Ладно, ладно. Где недостающие заклятия?

- Их нет. Я не хотел, чтобы они попали в неподходящие руки. Особенно в ваши. Я ведь знаю, весь ваш Круг грезит о власти, какую можно обрести благодаря тем заклятьям, но ничего у вас не выйдет. Никогда вам не удастся сотворить что-то хоть наполовину столь же страшное, как мой кащей!

 

[п92] По-видимому, перепутаны слова pierwsze= первые и pewne = некоторые, определенные.

 

 

[п93] По-видимому, карман в складках рукава показался переводчику настолько бессмысленным, что он поспешил спасти автора от совершенной им «ошибки». Интересно, признателен ли автор?

 

[п94] Перепутано, кажется, wykrzywiłsię= скривился и wykrzyknął= выкрикнул.

- Zdaje się, że bito cię po głowie, Fregenal - powiedziała Visenna spokojnie. - I temu też należy przypisać, że nie odzyskałeś jeszcze zdolności myślenia. Kto tu mówi o tworzeniu? Twojego potwora trzeba będzie zniszczyć, unicestwić. Prostym sposobem, rewersując wiążące zaklęcia, to znaczy Efektem Zwierciadła. Oczywiście wiążące zaklęcie było dostrojone do twojej różdżki, więc trzeba będzie przestroić je na mój chalcedon.

 

- Похоже, что тебя крепко били по голове, Фрегенал, - спокойно ответила Висенна. - И мозги у тебя явно стали набекрень. Причем тут создание чудовищ? Твое чудовище следует уничтожить. Самым простым способом, разрушающимизаклинаниями (реверсируя связывающие заклинания), [п95] то есть Эффектом Зеркала. Понятно, твои разрушающие (связывающее) заклятиябыли наведены на твой прутик. Что ж, нужно их перенести на мой халцедон.

 

[п95] Данная ошибка привела к трем последующим. Согласно тексту Сапковского, Эффект Заркала состоял в том, чтобы заставить действовать в обратном направлении главное, связывающее создание чудовища заклинание. Отсюда и название: «эффект Зеркала». То есть само по себе это заклинание – созидающее (что и позволяет Фрегеналу говорить о том, что с его помощью Круг может создать свое чудовище) – все дело в способе его применения. Именно связывающее заклинание нужно Висенне, и именно его она требует от Фрегенала. В переводе же она почему-то все время требует от чародея разрушающие заклятия, которые, к тому же, были настроены на волшебную палочку Фрегенала (так дорожащего своим творением!)

- Dużo tych "trzeba będzie" - warknął grubas. - Możesz tu siedzieć i trzebabędzić do sądnego dnia, moja ty przemądrzała panno. Skąd śmieszny pomysł, że zdradzę ci wiążące zaklęcie? Nie wyciągniesz ze mnie nic, ani żywego, ani umarłego. Mam blokadę. Nie wybałuszaj się na mnie tak, bo ten kamyk przepali ci czoło. Jazda, rozwiążcie mnie, bo zdrętwiałem.

- Ты их будешь переносить до судного дня, [п96]мудрая (умничающая) моя госпожа, - злорадно сказал толстяк. - С чего ты взяла, что я тебе выдам разрушающие (связывающее) заклятья? Ни из живого, ни из мертвого ты их из меня не вытянешь. У меня - блокада. Не надо на меня так таращиться - камешек тебе может прожечь лобик. Ладно, развяжите меня, я весь одеревенел.

[п96] На первый взгляд – разница существенна:

Оригинал: - Твое чудовище надо будет уничтожить, исстребить. Простым способом: реверсируя связывающие заклинания, то есть Эффектом Зеркала. Конечно, связывающее заклятие было настроено на твою волшебную палочку, следовательно, надо будет перенастроить на мой халцедон.

- Много этих "надо будет"- буркнул толстяк. - Ты можешь тут сидеть и надобудить до Судного дня (...)".

Перевод: - Твое чудовище следует уничтожить. Самым простым способом, разрушающими заклинаниями, то есть Эффектом Зеркала. Понятно, твои разрушающие заклятия были наведены на твой прутик. Что ж, нужно их перенести на мой халцедон.

- Ты их будешь переносить до судного дня (...)

Поскольку не все издатели признавали авторский неологизм надобудить, данный фрагмент в печатных вариантах рассказа претерпевал различные изменения.

Так, в журнале «Fantastyka» надобудить сочли опечаткой и изменили на надо будет, не заметив, что в результате поялучилось несколько... эээ... лишенное смысла предложение: Możesztusiedzieć itrzebabędzićdosądnegodnia. (Ты можешь тут сидеть и надо будет до судного дня (...).). :).

В издании «...мух» данный фрагмент полностью соответствует изданию 2000 года. Однако поскольку нельзя со 100% уверенностью исключить возможность того, что переводчик пользовался другим, искаженным текстом, данное расхождение между переводом и оригиналом нельзя считать ошибкой перевода.

Кстати, недоразумение с количеством связывающих заклинаний также вытекает из первой редакции, в которой вначале говорится о нескольких заклинаниях, потом - об одном. Таким образом, переводчик просто придерживался одной версии.

- Chcesz, to kopnę cię parę razy. - Korin uśmiechnął się. - To ci pobudzi krążenie. Zdaje się, że nie pojmujesz swojego położenia, łysa pało. Za chwilę wpadną tu chłopi, którym mocno dokuczyła twoja banda. Słyszałem, że planują rozerwać cię na sztuki czwórką koni. Widziałeś kiedyś, jak to się odbywa? Najpierw urywają się ręce.

Fregenal naprężył kark, wybałuszył oczy i spróbował napluć Korinowi na buty, ale z pozycji, w jakiej się znajdował było to trudne - obryzgał sobie tylko brodę.

- А не пнуть ли тебя пару раз? - спросил Корин. - Это тебе прочистит мозги (стимулирует кровообращение). [п97]Похоже, ты не понимаешь своего положения, лысая свинья. Сейчас здесь будут крестьяне, которым твоя банда изрядно докучала. Я слышал, они собираются разорвать тебя четверкой коней. Ты никогда не видел, как это делается? Сначала отрываются руки. [п98]

Фрегенал напряг шею, выкатил глаза и попытался плюнуть Корину на сапоги, но из позиции, в которой он пребывал, сделать это было невозможно, и чародей лишь попал себе на бороду.

[п97] Корин не пытается повлиять на умственные способности чародея, как это кажется в переводе! В ответ на слова Френегала о том, что у него затекло все тело, Корин – со свойственным ему чувством юмора – предлагает чародею пинок как средство, стимулирующее кровообращение.

 

[п98]В который раз переводчик избавляет читателя от жестоких подробностей.

- Tyle - parsnął - tyle sobie robię z waszych gróźb! Nie zrobicie mi nic! Co ty sobie wyobrażasz, włóczęgo? Wpadłeś w środek spraw, które cię przerastają! Zapytaj jej, po co tu jest? Visenna! Uświadom go, zdaje się, że uważa cię za szlachetną wybawczynię uciemiężonych, bojowniczkę o dobrobyt biedaków! A tu idzie o pieniądze, kretynie! O ciężkie pieniądze!

- Чихал (плевал) я на ваши угрозы! [п99] - взвизгнул (фыркнул) он. - Ничего вы мне не сделаете! Дурак ты, дурак!Сунулся в дела, которых не понимаешь! Спроси ее, зачем она сюда пришла. Висенна! Сдается мне, он тебя считает благородной избавительницей угнетенных, воительницей за благосостояние бедняков! А дело тут в деньгах, идиот! В больших деньгах!

[п99] Поскольку именно предшествующий плевок служил иллюстрацией отношения Френегала к угрозам Висенны и Корина (что подтверждаеют слова в оригинале: - Tyle (..) sobierobię zwaszychgróźb!, буквально – Вот сколько я обращаю внимания на ваши угрозы!), в переводе должно быть именно плевал.

 

Visenna milczała. Fregenal wyprężył się, skrzypiąc powrozami, z wysiłkiem przewrócił się na bok, zginając nogi w kolanach.

- Może to nieprawda - wrzasnął - że Krąg przysłał cię tu byś odkręciła złoty kurek, z którego przestało ciec?! Bo Krąg czerpie zyski z wydobycia jaspisu i jadeitu, i pobiera haracz od kupców i karawan, w zamian za ochronne amulety, które jednak, jak się okazało, nie działają na mojego kościeja!

Visenna nie odezwała się. Nie patrzyła na związanego. Patrzyła na Korina.

Висенна молчала. Фрегенал напрягся, скрипя веревками, с трудом перевернулся на бок, согнул(в) ноги в коленях.

- Круг прислал тебя сюда, чтобы ты заставила золотой ручеек вновь заструиться в ваши карманы! - взвизгнулон. - Скажешь, нет? Круг сам наживался на добыче яшмы и жадеита, да вдобавок драл с купцов за охранные амулеты, но амулетики ваши, как вы сами убедились, на моего кащея не действуют!

Висенна не отзывалась. Она не смотрела на связанного, смотрела на Корина.

 

- Aha! - zawołał czarownik. - Nawet nie zaprzeczasz! A więc to już wiedza ogólnie dostępna. Dawniej wiedziała o tym tylko starszyzna, a smarkaczy takich jak ty utrzymywało się w przekonaniu, że Krąg jest powołany tylko do walki ze Złem. Nie dziwi mnie to. Świat się zmienia, ludzie powoli zaczynają rozumieć, że bez czarów i czarowników można się obejść. Ani się obejrzycie, jak będziecie bezrobotni, zmuszeni żyć z tego, coście do tej pory nakradli. Nic was nie obchodzi, tylko zyski. Dlatego też rozwiążcie mnie natychmiast. Nie zabijecie mnie ani nie wydacie na śmierć, bo naraziłoby to Krąg na dalsze straty. A tego Krąg wam nie daruje, to jasne.

- To nie jest jasne - rzekła zimno Visenna, splatając ręce na piersi. - Widzisz, Fregenal, smarkate, takie jak ja, nie zwracają zbytniej uwagi na dobra doczesne. Co mi tam, czy Krąg straci, czy zyska, czy w ogóle przestanie istnieć. Zawsze mogę utrzymać się z leczenia wzdęcia u jałówek, albo impotencji u takich grzybów, jak ty. Ale to nie jest ważne. Ważne jest to, że chcesz żyć, Fregenal, i z tego to powodu mielesz ozorem. Każdy chce żyć. Dlatego zaraz, tu, na miejscu, zdradzisz mi wiążące zaklęcie. Potem pomożesz mi odnaleźć tego kościeja i zniszczyć go. A jeśli nie... Cóż, pójdę sobie do lasu, pospaceruję. Potem będę mogła powiedzieć w Kręgu, że nie upilnowałam rozwścieczonych chłopów.

- Ага! - взвизгнул (воскликнул) [п100]чародей. - Ты и не оправдываешься!Понятно, слишком многие знают правду!(Ты даже не отрицаешь! Значит, это уже общеизвестно.)[п101] Раньше об этом знала только верхушка, а соплячек вроде тебя держали в убеждении, будто задача Круга - исключительно борьба со Злом. Это меня не удивляет.Но времена меняются, люди начинают понимать, что можно обойтись без чар и чародеев. Вы и оглянуться не успеете, как станете безработным, будете проживать то, что награбили! Вас интересуют только деньги. А потому развяжите меня немедленно. Если вы меня убьете или выдадите на казнь, Круг ничего не получит, одни новые убытки. И вам он этого не простит, ясное дело.

- Ясное? – холодно сказала Висенна, сложив руки на груди. - Видишь ли, Фрегенал, такие соплячки, как я, - не столь уж озабочены суетными благами. Мне неважно, понесет ли Круг убытки, перестанет ли существовать вообще. Я всегда заработаю на жизнь лечением коров от бесплодия (яловок от вздутия)[п102] и таких старых хрычей, как ты, - от бессилия. Но даже не в этом дело. Гораздо важнее, Фрегенал, что ты хочешь жить, потому-то ты и разболтался так. Все хотят жить. А потому ты на этом самом месте передашь мне разрушающие (связывающие) заклятья. Потом поможешь нам (мне) отыскать кащея и уничтожить его. А если нет... Мы пойдем(Я пойду) погулять в лес, вот с ним. [п103]А ты останешься. И Кругу я потом скажу, что не смогла удержать рассвирепевших крестьян...

[п100] Любопытно, что чародей у Бушкова в основном визжит. Для сравнения, у Сапковского последние три взвизгнул из перевода - это: фыркнул, крикнул, воскликнул (parsnął, wrzasnął, zawołał).

 

[п101] Разница, однако. Оправдываться можно только после признания своей вины. Понятно, слишком многие знают правду! подразумевает, что в оправдывания и так никто не поверит. Смысл слов оригинала иной: «ты не отрицаешь, потому что сама знаешь, что это так».

 

[п102]См. комментарий выше.

 

[п103] Конечно, Корин вызвался идти с Висенной на перевал, но у Сапковского чародейка и сейчас подчеркивает, что уничтожение кащея – ее задача, и что она самасобирается противостоять кащею. У переводчика – вместе с Корином.

- Zawsze byłaś cyniczna - czarownik zazgrzytał zębami. - Nawet wtedy, w Mayenie. Zwłaszcza w kontaktach z mężczyznami. Miałaś czternaście lat, a już wiele się mówiło o twoich...

- Przestań, Fregenal - przerwała druidka. - To, co mówisz, nie robi na mnie żadnego wrażenia. Na nim też nie. Nie jest moim kochankiem. Powiedz, że sie zgadzasz. I kończmy z tą zabawą. Bo przecież się zgadzasz.

Fregenal łypnął białkami oczu, odwrócił głowę.

- Pewnie, że tak - wycharczał. - Masz mnie za idiotę? Każdy chce żyć.

- Ты всегда была циничной, - скрипнул зубами чародей. - Даже тогда, в Майене. И с мужчинами тоже (особенно). Тебе было всего четырнадцать, но все знали о твоих...

- Перестань, Фрегенал! - оборвала его друидесса. - Все, что ты говоришь, меня нисколечко не задевает. И его тоже. Он мне не любовник. Соглашайся. И кончим игру. Ты ведь согласишься.

Фрегенал блеснул белками глаз, отвернулся.

- Ну конечно, - сказал сквозь зубы(прохрипел) Фрегенал. - Идиот я, что ли? Все хотят жить.

 

VIII

Fregenal zatrzymał się, wierzchem dłoni otarł spocone czoło.

- Tam, za tą skałą, zaczyna się wąwóz. Na starych mapach oznaczony jest jako Dur-tan-Orit, Mysi Jar. To brama Klamatu. Tutaj musimy zostawić konie. Konno nie mamy najmniejszej szansy, by podejść do niego niepostrzeżenie.

- Mikula - rzekła Visenna, zsiadając. - Zaczekajcie tutaj do wieczora, nie dłużej. Jeżeli nie wrócę, nie chodźcie na przełęcz pod żadnym pozorem. Wracajcie do domów. Zrozumiałeś, Mikula?

Kowal kiwnął głową. Było z nim już tylko czterech wieśniaków. Najodważniejszych. Reszta oddziału stopniała po drodze niby śnieg w maju.

- Zrozumiałem, pani - mruknął, łypiąc okiem na Fregenala. - Wszelako dziwno mi, że temu przeklętnikowi ufacie. Po mojemu, chłopi rację mieli. Łeb mu urwać trzeba było. Popatrzcie tylko, pani, na te świńskie oczka, na tę mordę zdradziecką.

Visenna nie odpowiedziała. Przysłoniwszy oczy dłonią, patrzyła na góry, na wejście do wąwozu.

- Prowadź, Fregenal - skomenderował Korin, podciągając pas.

Ruszyli.

Фрегенал остановился, ладонью утер пот со лба.

- Там, за скалой, начинается ущелье. На старых картах оно зовется Дур-тан-Орит, Мышиный Овраг. Это ворота ПеревалаТорговцев (Кламата). [п104] Коней нужно оставить здесь. Верхом мы никак не сможем подойти к нему незамеченными.

- Микула, - сказала Висенна, спешиваясь. - Подождите здесь до вечера, не дольше. Если я не вернусь, ни под каким предлогом не ходите на перевал. Возвращайтесь домой. Понял, Микула?

Кузнец кивнул головой. С ним было уже только четверо деревенских. Самых смелых. Остальная часть отряда растаяла по пути словно снег в мае.

- Понятно, госпожа, - проворчал он, косясь на Фрегенала. - Все-таки странно мне, что ты (вы) веришь(ите)[п105] этому... - сказал Корин, - Крестьяне знали, чего хотели. (По мне, крестьяне были правы).[п106]Разбить (оторвать) ему башку и все тут. Посмотри(те) только на его свинячьи глазки, на эту харю предательскую.

Висенна не ответила. Заслонив глаза ладонью, она рассматривала скалу (горы) и проход в ущелье.

- Веди, Фрегенал! - скомандовал Корин, поддергивая пояс.

Тронулись.

[п104] Почему перевал с большой буквы? Единственный раз во всем тексте.

 

[п105] Как видим, пропущен внушительный кусок текста, из-за чего слова, сказанные Микулой, приписываются Корину, а «вы» в обращении кузнеца к Висенне меняется на «ты» между Висенной и Корином. Получается также, что Висенна и Корин подходили к перевалу одни, а Микула, как и коротыш, появился, словно deusexmachina.

 

[п106] Знать, чего хотеть – это еще не значит быть правым.

 

Po pół godzinie marszu zobaczyli pierwszy wóz, przewrócony, rozbity. Za nim drugi, ze złamanym kołem. Szkielety koni. Szkielet człowieka. Drugi. Trzeci. Czwarty. Stos. Stos połamanych, pokruszonych kości.

- Ty sukinsynu - rzekł Korin cicho, patrząc na czaszkę, przez oczodoły której przedzierały się już łodygi pokrzyw. - To kupcy, tak? Nie wiem, co mnie powstrzymuje, by...

- Umawialiśmy się... - przerwał Fregenal pośpiesznie. - Umawialiśmy się. Powiedziałem wam wszystko, Visenna. Pomagam wam. Prowadzę was. Umawialiśmy się!

Korin splunął. Visenna spojrzała na niego, blada, potem odwróciła się w stronę czarownika.

- Umawialiśmy się - potwierdziła. - Pomożesz mi go odnaleźć i zniszczyć, potem pójdziesz swoją drogą. Twoja śmierć nie przywróci do życia tych, którzy tu leżą.

- Zniszczyć, zniszczyć... Visenna, ostrzegam cię jeszcze raz i powtarzam - wprowadź go w letarg, sparaliżuj, znasz zaklęcia. Ale nie niszcz go. On jest wart majątek. Zawsze możesz...

- Przestań, Fregenal. Rozmawialiśmy już o tym. Prowadź.

Poszli dalej, ostrożnie omijając szkielety.

Через полчаса увидели первый воз, перевернутый, разбитый. Потом второй, с поломанными колесами. Скелеты коней. Скелет человека. Второй. Третий. Четвертый. Груды. Груды поломанных, раздробленных костей.

- Сукин ты сын, - сказал Корин тихо, глядя, как растет в глазницах черепа трава. - Это ведь купцы? Не знаю, что меня удерживает, чтобы тебя...

- Мы договорились, - поспешно сказал Фрегенал. - Мы ведь договорились. Я все рассказал, Висенна. Я вам помогаю. Я вас веду. Мы договорились!

Корин плюнул. Висенна глянула на него, бледная, обернулась к чародею.

- Договорились, - подтвердила она. - Ты поможешь нам(мне) его найти и уничтожить, потом отправляйся своей дорогой. Твоя смерть не возвратит к жизни тех, которые тут лежат.

- Уничтожить, уничтожить... Висенна, еще раз тебя предупреждаю и прошу (повторяю) - парализуй его, погрузи в летаргию, ты ведь знаешь такие заклятья. Только не уничтожай. Он - страж сокровищ. (Он стоит состояние.) [п107]Ты всегда можешь...

- Перестань, Фрегенал. Мы все обговорили. Веди.

Они пошли дальше, осторожно обходя скелеты.

[п107] Переводчик ухитрился сделать из wart =стоитьwartować=сторожить, причем отсутствие глагольного окончания 3 л.ед.чис. его не обескуражило.

- Visenna - sapnąłFregenalpochwili. - Zdajeszsobiesprawę zryzyka? Tonieprzelewki. Wiesz, zEfektemZwierciadłabywaróżnie. Jeżeli inwersja nie podziała, będzie po nas. Widziałem, co on potrafi.

Visenna zatrzymała się.

- Nie kręć - powiedziała. - Za kogo ty mnie masz? Inwersja podziała, jeżeli...

- Jeżeli nas nie oszukał- wtrącił Korin głosem głuchym z wściekłości. - A jeśli nas oszukał... Mówiłeś, że widziałeś, co potrafi twój potwór. A czy wiesz, co ja potrafię? Znam takie cięcie, po którym ciętemu zostaję jedno ucho, jeden policzek i pół szczęki. Można to przeżyć, ale nie można już potem, między innymi, grać na flecie.

- Visenna, uspokój tego mordercę - wybełkotał Fregenal, pobladły. - Wyjaśnij mu, że nie mogłem cię okłamać, że wyczułabyś...

- Nie gadaj tyle, Fregenal. Prowadź.

Dalej zobaczyli następne wozy. I następne szkielety. Przemieszane, splątane, bielejące w trawie klatki żeber, sterczące z rozpadlin piszczele, upiornie uśmiechnięte czaszki. Korin milczał, ściskając rękojeść miecza w spoconej dłoni.

- Uważajcie - sapnął Fregenal. - Jesteśmy blisko. Idźcie cicho.

- Z jakiej odległości on reaguje? Fregenal, mówię do ciebie.

- Dam ci znak.

- Висенна, - вскоре сказал (пропыхтел) [п108]Фрегенал. - Ты соображаешь, как вы рискуете? С ним шутки плохи. Да и Эффект Зеркала может не сработать, сама знаешь... И он накинется на нас. (Если инверсия не подействует, с нами будет все кончено.) Видишь, на что он способен?(Я видел, что он может.)

Висенна остановилась.

- Не болтай (виляй), - сказала Висенна. - Дурочкой меня считаешь? Эффект подействует, если...

- Если он (ты) нас не обманул, - сказал Корин глухим от ненависти (ярости) голосом. - Но если обманет(ул)... На что способно твое чудовище, я вижу.(Ты говоришь, что видел, что может твое чудовище.) А знаешь ли ты, на что я способен? Знаю способы, как оставить человека без ушей и прочего. (Я знаю такой удар, после которого у человека остается одно ухо, одна щека и пол челюсти.) Пережить это можно, но серьги, скажу тебе по правде, ты уже носить не сможешь. (но нельзя потом уже, в частности, играть на флейте.) [п109]

- Висенна, успокой этого убийцу, - заныл побледневший Фрегенал. - Объясни ему, что я не могу обмануть, что ты сразу почувствуешь(овала бы), вздумай я...[п110]

- Не болтай. Веди.

И вновь возы. И скелеты. Перемешанные, спутанные белеют в траве грудные клетки, торчащие из щелей берцовые кости, высокие стебли проросли в глазницы черепов, жутко ухмылявшихся навстречу путникам(жутко улыбающиеся черепа). [п111]Корин молчал, стискивая потной ладонью рукоятку меча.

- Внимание! (Осторожно) [п112]- сказал (пропыхтел) Фрегенал. - Мы уже близко. Идите потише.

- На каком расстоянии он чует людей, Фрегенал?

- Я дам тебе знак.

[п108] пропыхтел - и читатель сразу видит (и слышит) этот марш по горам. Жаль, что деталь пропала в переводе.

 

 

[п109] Устранив, как обычно, «лишние» подробности в описании искалеченного человека, переводчик был вынужден также изменить последнюю фразу в этой реплике Корина.

 

[п110] Сапковского Фрегенал говорит о прошлом (разговор в пещере), в переводе – о настоящем.

 

[п111] По-видимому, переводчику настолько понравился образ черепа, в глазницах которого прорастает трава, что он решил его повторить. От себя. :(

 

 

[п112] Внимание! (Uwaga!) – призыв замолчать, сосредоточиться, выслушать (а вроде все молчат, кроме самого Фрегенала :)), Осторожно! (Uważaj/cie!) – предупреждение об опасности.

Poszli dalej, oglądając się na ściany wąwozu, strome, porośnięte pokracznymi kikutami krzaków, poznaczone smugami źlebów i osypisk.

- Visenna? Wyczuwasz go już?

- Tak. Ale niewyraźnie. Jaka odległość, Fregenal?

- Dam ci znak. Szkoda, że nie mogę ci pomóc. Bez różdżki i pierścienia nie mogę nic zrobić. Jestem bezsilny. Chyba że...

- Chyba że co?

- To!

Они тихонько двинулись дальше, оглядываясь на отвесные стены ущелья, поросшие уродливым, с обломанными ветвями кустарником, помеченные полосками расселин и осыпей.

- Висенна! Ты его чуешь?

- Ага. Но не очень явственно. На каком расстоянии он нас учует, Фрегенал?

- Я дам тебе знак. Жаль, нечем мне тебе помочь. Без прутика (палочки) и перстня яничего не могу сделать. Ябессилен. [п113]Вот разве что...

- Что?

- А вот!

[п113] Фрегенал не без причины так настойчиво (3 раза!) и на все лады повторяет, что он сейчас безвреден. Сокращение текста сильно уменьшило созданный автором эффект.

 

Z szybkością, o jaką trudno go było podejrzewać grubas porwał z ziemi kanciasty odłamek skały i uderzył Visennę w tył głowy. Druidka padła bez jęku twarzą w dół. Korin zamachnął się dobytym mieczem, ale czarownik był niewiarygodnie zwinny. Padł na czworaki, unikając ostrza, przekoziołkował pod nogi Korina i kamieniem, którego nie wypuścił z ręki, grzmotnął go w kolano. Korin zawył, upadł, ból na moment pozbawił go oddechu, a potem falą mdłości runął z trzewi do gardła. Fregenal zerwał się jak kot, zamierzając się do powtórnego uderzenia.

С ловкостью (быстротой), какой никто не ожидал от толстяка, Фрегенал подхватил с земли острый обломок камня и ударил Висенну в затылок. Друидесса упала, не вскрикнув. Корин выхватил меч и замахнулся, но чародей, оказавшийся невероятно проворным, упал на четвереньки, избежав удара, кувыркнулся под ноги Корина [п114]и тем же камнем что есть силы ударил Корина в колено. Корин взвыл, рухнул, на миг от боли перехватило дыхание, тошнота подступила к горлу. Фрегенал вскочил, словно кот, занес камень над его головой.

[п114] Несмотря на вышестоящее двухкратное уверение, что Фрегенал оказался гораздо более проворным, чем можно было судить, переводчик все же решил, что такая акробатическая фигура чародею не под силу.

Pstrokaty ptak spadł z góry jak pocisk, ocierając się o twarz czarownika. Fregenal odskoczył, machając rękami, upuścił kamień. Korin, wsparty na łokciu, machnął mieczem, o włos chybiając łydkę grubasa, ten zaś odwrócił się i pomknął z powrotem w stronę Mysiego Jaru, wrzeszcząc i rechocząc. Korin próbował wstać i scigać go, ale próba uniesienia się z ziemi zmroczyła mu oczy ciemnością. Upadł znowu, ciskając za czarownikiem stekiem obrzydliwych wyzwisk.

Пестрокрылая птица молнией упала сверху, целясь в глаза (задевая лицо) чародея. Фрегенал отскочил, замахал руками, выпустил камень. Корин, опершись на локоть, махнул мечом и едва-едва не зацепил ногу толстяка, но тот увернулся и помчался назад, к Мышиному Яру, вереща и хохоча. Корин попробовал было встать и бежать за ним, но в глазах у него потемнело от боли, и он рухнул на землю, осыпая чародея ужасной руганью.

 

Fregenal w bezpiecznej odległości obejrzał się, zatrzymał.

- Ty niewydarzona wiedźmo! - zaryczał. - Ty ryża paskudo! Chciałaś przechytrzyć Fregenala? Łaskawie darować mi życie? Myślałaś, że będę spokojnie patrzył, jak go zabijasz?

Korin, nie przestając kląć, masował kolano, uspokajał tętniący ból. Visenna leżała bez ruchu.

- Idzie! - wrzasnął Fregenal. - Patrzcie! Cieszcie się tym widokiem, bo już za chwilę mój kościej wydusi wam oczy z czaszek! Już idzie!

Отбежав на безопасное расстояние, Фрегенал остановился и обернулся. [п115]

- Растяпа, а не ведьма! - заорал он. - Рыжая стерва! Хотела перехитрить Фрегенала? Милостиво даровать ему жизнь? Думала, я буду спокойно смотреть, как ты его убьешь?

Корин, не переставая ругаться,старательно массировал колено, унимая пульсирующую боль, Висенна не шевелилась.

- Идет! - заорал Фрегенал. - Смотрите! Полюбуйтесь, пока есть время, пока он вам не оторвал головы(выдавил глаза из черепов![п116]Идет мой кащей!

[п115] Вообще-то он 1): оглянулся и 2): остановился.

 

[п116] Переводчик последовательно убирает «слишком кровавые» описания.

Korin obejrzał się. Zza skalnego rumowiska, o jakieś sto kroków, wyjrzały gruzłowate stawy zgiętych, pajęczych nóg. Po chwili przez kupę kamieni z grzechotem przetoczył się co najmniej sześciometrowej średnicy tułów, płaski jak talerz, ziemistordzawy, kostropaty, pokryty kolczastymi wyrostkami. Cztery pary nóg postepowały miarowo, wlokąc misowaty korpus przez piarg. Piąta, pierwsza para odnóży, nieproporcjonalnie długich, uzbrojona była w potężne, racze kleszcze, najeżone rzędami ostrych kolców i rogów.

Корин обернулся в ту сторону. [п117] Шагах в ста от него, не дальше, показались из-за скалы узловатые суставы гигантских (согнутых) паучьих ног. В следующий миг через груду камней перелезло с грохотом создание метров шести в длину (туловище метров шести в диаметре) - плоское, как тарелка, землисто-ржавого цвета, шершавое, покрытое костяными шипами. Четыре пары ног размеренно переступали, волоча грузное (дискообразное) тело по каменной осыпи. Пятая, передняя пара ног, необычайно (непропорционально) длинных, вооружена была мощными рачьими клешнями, покрытыми рядами острых шипов и рогов.

[п117] Вообще-то не совсем понятно, в какую сторону, потому что выше ничего не было о том, что Фрегенал показывал в какую-либо сторону... Можно еще понять, что обернулся в сторону Фрегенала...

To sen, przeleciało przez głowę Korina. To koszmar. Obudzić się. Wrzasnąć i obudzić się. Wrzasnąć. Wrzasnąć. Wrzasnąć.

Zapominając o bolącym kolanie, przyskoczył do Visenny, targając jej bezwładnym ramieniem. Włosy druidki przesiąknięte były krwią, już spływającą po karku.

- Visenna... - wykrztusił przez sparaliżowane gardło. - Visenna... Fregenal wybuchnął obłąkańczym rechotem, dudniącym echem o ściany wąwozu. Śmiech zagłuszył kroki Mikuli, nadbiegającego chyłkiem, z toporem w garści. Fregenal spostrzegł się gdy było już za późno. Topór ugodził go w krzyż, nieco powyżej bioder, i wbił się aż po obuch. Czarownik z rykiem bólu runął na ziemię, wyrywając stylisko z rąk kowala. Mikula przydepnął go, wyrwał berdysz, zamachnął się powtórnie. Głowa Fregenala stoczyła się po pochyłości i znieruchomiała, oparta czołem o jedną z czaszek, leżących pod kolami rozbitego wozu.

Это сон, промелькнуло в сознании Корина. Это кошмарный сон. Проснись. Крикни и проснешься. Крикни. Крикни. Крикни.

Забыв про боль в колене, он добрался до Висенны, потрогал осторожно ее голову (тормоша ее за безжизненное плечо). Волосы друидессы подплывали кровью...

- Висенна... - едва вырвалось из парализованного ужасом горла. - Висенна...

Фрегенал захохотал как помешанный, и эхо отзывалось со всех сторон. Это гремящее эхо(смех) и заглушило шаги Микулы, подбегавшего крадучись с топором в руке. Фрегенал опомнился (заметил его), но было поздно. Удар свалил его на землю.(Топор попал в поясницу, чуть выше бедер, и вбился по самый обух. Чародей с криком боли рухнул на землю, вырывая топорище из рук кузнеца.) [п118] Микула придавил его ногой, вырвал бердыш, взмахнул топором... голова Фрегенала покатилась по земле и остановилась лоб в лоб с белым черепом, лежавшим под колесами разбитого воза.

[п118] Еще один пример переводческой «правки» текста Сапковского.

Korin kusztykał, potykając się na kamieniach, wlokąc Visennę, bezwładną i miękką. Mikula przyskoczył do nich, chwycił dziewczynę, bez wysiłku zarzucił ją sobie na ramię i pobiegł. Korin, choć wyzwolony z ciężaru, nie mógł nadążyć. Zerknął przez ramię, kościej sunął ku niemu, skrzypiąc stawami, wyciągnięte kleszcze rozczesywały rzadką trawę, chrobotały o głazy.

- Mikula! - wrzasnął Korin rozpaczliwie.

Kowal obejrzał się, złożył Visennę na ziemi, podbiegł do Korina, wsparł go, razem pobiegli. Kościej przyspieszył, unosząc kolczaste łapy.

- Nie dam rady - sapnął Mikula, oglądając się. - Nie ujdziemy...

Dopadli do Visenny, leżącej na wznak.

- Wykrwawi się - jęknął Mikula.

Korin przypomniał sobie. Zerwał z paska Visenny jej sakiewkę, wytrząsnął zawartość, nie zwracając uwagi na inne przedmioty chwycił rdzawy, pokryty runicznymi znakami minerał, rozgarnął rude, zmoczone krwią włosy, przycisnął hematyt do rany. Krew momentalnie przestała płynąć.

Корин ковылял, спотыкаясь на камнях, едватаща неподвижную Висенну, безжизненную и обмякшую.

Микула подскочил к нему (ним), схватил девушку, легко вскинул себе на плечо и побежал. Корин, хоть и освободился от ноши, не мог за ним поспеть. Оглянулся через плечо: кащей шагал к нему, похрустывая суставами, вытянутые клешни стригли (разводили в стороны) редкую траву, грохотали камни (скрежетали о камни).[п119]

- Микула! - отчаянно вскрикнул Корин.

Кузнец оглянулся, опустил Висенну на землю, подбежал к Корину, подхватилего, и они побежали. Кащей приближался (ускорил движения), вздымая клешни.

- Не могу, - прохрипел Микула, оглядываясь. - Не успеем...

Они поравнялись с лежащей навзничь Висенной.

- Останови ей кровь! (Она истечет кровью),[п120] - крикнулМикула.

И Корин вспомнил. Он сорвал с пояса Висенны кошель, вытряхнул наземь содержимое, не обращая внимание на остальные предметы схватил камень цвета ржавчины, покрытый руническими знаками, раздвинул рыжие окровавленные волосы и приложил гематит к ране. Кровь моментально унялась.

[п119] Не грохотали камни от передвижения кащея, а клешни кащея скрежетали о камни.

 

[п120]Почему Микула в переводе требует, чтобы Корин остановил кровь у Висенны? Кузнецу было известно, что никакими магическими способностями Корин не обладает (о гематите Микула не знал, да и сам Корин вспомнил не сразу). Если же Микула имел в виду какой-либо традиционный способ остановить кровотечение, что с равным успехом это мог сделать он сам.

- Korin! - wrzasnął Mikula.

Kościej był blisko. Szeroko rozpostarł łapy, zębate szczypce rozwarły się. Mikula widział obracające się na słupkach oczy i zgrzytające pod nimi półksiężycowate szczęki. Pełznąc, kościej syczał rytmicznie - tss, tss, tss...

- Korin!

Korin nie reagował, szeptał coś, nie odrywając hematytu od rany. Mikula dopadł, szarpnął go za ramię, oderwał od Visenny, porwał druidkę w ramiona. Pobiegli. Kościej, ani na moment nie przestając syczeć, uniósł łapy, zazgrzytał po skale chitynowym brzuchem i szparko popędził za nimi. Mikula zorientował się, że nie mają szans.

Od strony Mysiego Jaru pędził w karkołomnym galopie jeździec w skórzanym kubraku, w misiurce z żelaznych kółek, ze wzniesionym nad głową szerokim mieczem. W kosmatej twarzy płonęły małe oczka, błyskały szpiczaste zęby.

Z bojowym okrzykiem Kehl runął na kościeja. Zanim jednak dopadł potwora, straszliwe łapy zwarły się, chwytając konia w kolczaste kleszcze. Bobołak wyleciał z siodła, poturlał się po ziemi.

- Корин! - вскрикнул Микула.

Кащей был близко. Широко расставил передние лапы, клешни раздвинулись. Они видели(Микула видел), [п121] как вращаются на стебельках глаза чудовища, как раскрываются под ними серповидные челюсти. Приближаясь, кащей ритмично шипел - тссс, тссс, тссс...

- Корин!

Корин не реагировал, он шептал что-то, держа камень на ране. Микула поднял его (подбежал к нему, дернул его за плечо), оторвал от Висенны, поднял друидессу на плечо, и они побежали. Кащей, шипя, растопырив клешни, грохоча по камням хитиновым панцирем, бежал следом. Микула понял, что они погибли.

Со стороны Мышиного Яра сломя голову, галопом несся всадник в кожаном кафтане, мисюрке из кольчужных колец. Над головой он вздымал широкий меч. На косматом лице горели маленькие глазки, блестели острые зубы.

Воинственно крича, Кехл налетел на кащея. Но прежде чем он добрался до чудовища, страшные лапы сомкнулись, клешни стиснули коня. Карлик вылетел из седла, покатился по земле.

[п121] Очередная нелогичность в переводе: Микула видит, что кащей близко, зовет Корина, тот никак не реагирует на крик, т.к. все его внимание сосредоточено на Висенне, но тем не менее он – как и Микулавидит, что делает кащей.

Kościej bez widocznego wysiłku uniósł konia w kleszczach i nabił go na ostry szyp, sterczący z przodu tułowia. Sierpowate żuchwy zwarły się, krew zwierzęcia bluzgnęła na kamienie, z rozciętego brzucha buchnęły na ziemię parujące wnętrzności.

Mikula podskoczył, podniósł z ziemi Bobołaka, ten jednak odepchnął go, porwał miecz, wrzasnął tak, że zagłuszył przedśmiertne kwiki konia i skoczył na kościeja. Z małpią zręcznością prześliznął się pod kościstym łokciem potwora i ciął, z całej siły, prosto w słupkowate oko. Kościej zasyczał, puścił konia, rozrzucił łapy na boki, zawadzając Kehla ostrymi kolcami, podrywając z ziemi, ciskając w bok, na piarg. Kehl zwalił się na skały, wypuszczając miecz. Kościej wykonał półobrót, sięgnął szczypcami i capnął go. Mała figurka Bobołaka zawisła w powietrzu.

Кащей без видимых усилий поднял коня в воздух и наколол на острый шип, торчащий у него впереди. Серповидные челюсти сомкнулись, кровь брызнула на камни, из разрезанного живота на землю вывалились дымящиеся внутренности.[п122]

Микула подскочил и поднял с земли Коротыша, но тот отпихнул его, схватил меч, крикнул так, что заглушил предсмертные вопли (предсмертные визги) [п123]коня, набросился на кащея. С обезьяньей ловкостью проскочил под панцирной лапой и ударил, что было сил, прямо в глаз. Кащей зашипел, выпустил коня, выбросил вбок лапу(ы), зацепил Кехла клешней (острыми шипами), поднял в воздух, швырнул вбок, на камни. Кехл упал на скалы, выронив меч. Кащей повернулся к нему, ухватил клешнями, высоко взметнул (Маленькая фигурка боболака повисла в воздухе).

[п122] Устранение слишком «кровавых фрагментов».

 

[п123] До сих пор мне казалось, что конь не может вопить...

Mikula ryknął wściekle, w dwóch skokach dopadł potwora, zamachnął się i rąbnął berdyszem po chitynowym karapaksie. Korin, porzucając Visennę, bez zastanowienia przyskoczył z drugiej strony, trzymany oburącz miecz z rozmachem wpakował w szczelinę pomiędzy pancerzem a łapa. Napierając piersią na rękojeść, wepchnął wbite ostrze aż po jelec. Mikula stęknął i uderzył jeszcze raz, pancerz pękł, trysnęła zielona, cuchnąca ciecz. Kościej, sycząc, puścil Bobołaka, uniósł kleszcze. Korin zaparł się nogami w ziemię, szarpnął za rękojeść miecza, bez skutku.

- Mikula! - krzyknął. - Do tyłu!

Микула яростно зарычал, в два прыжка достиг чудовища и ударил его топором в бок. Корин, оставив Висенну, моментальноподскочил с другой стороны, держа меч обеими руками, с размаху вогнал его в щель меж панцирем и лапой. Навалившись грудью, вогнал лезвие до рукоятки. Микула крякнул, ударил вновь, панцирь треснул, брызнула зеленая смрадная жидкость. Кащей, шипя, отпустил Коротыша и занес клешни. Корин, упираясь ногами в землю, попытался выдернуть меч, но безуспешно.

- Микула! - крикнул он тогда. - Назад!

 

Obaj rzucili się do ucieczki, sprytnie, bo w dwie różne strony. Kościej zawahał się, zgrzytnął brzuchem po skale i ruszył szybko przed siebie, prosto na Visennę, która z głową zwieszoną pomiędzy ramiona, usiłowała podnieść się na czworaki. Tuż nad nią, w powietrzu, zawisł pstrokaty ptak, bijąc skrzydłami, krzycząc, krzycząc, krzycząc...

Kościej był blisko.

Obaj, Mikula i Korin, skoczyli jednocześnie, zagradzając drogę potworowi.

- Visenna!

- Pani!

Kościej, nie zatrzymując się, rozczapierzył lapska.

- Na bok! - krzyknęła Visenna, na kolanach, unosząc ręce. - Korin! Na bok!

Odskoczyli obaj, przypadając do ściany wąwozu.

- Henenaa fireaoth kerelanth! - krzyknęła przeraźliwie czarodziejka, wyrzucając ręce w kierunku kościeja. Mikula spostrzegł, jak coś niewidzialnego sunie od niej ku potworowi. Trawa słała się po ziemi, a drobne kamienie toczyły się na boki, jak gdyby rozgniatane ciężarem ogromnej kuli, pędzącej z rosnącą prędkością. Z dłoni Visenny trysnęła oślepiająco jasna, zygzakowata smuga światła, uderzyła w kościeja, rozmazała się po pancerzu siatką języków ognia. Powietrze rozpękło się w ogłuszającym huku. Kościej eksplodował, wybuchnął zieloną fontanną posoki, kurzawą odłamków chityny, nóg, wnętrzności, wszystko to wyleciało w górę, gradem sypnęło się dookoła, zadudniło o skały, zaszeleściło po zaroślach. Mikula przykucnął, oburącz zasłaniając głowę.

Оба кинулись наутек, сообразив броситься в разные стороны. Кащей, растерявшись, постоял, потом, скрежеща брюхом по камням, двинулся вперед, прямо на Висенну - она пыталась подняться на четвереньки, голова ее бессильно склонилась, волосы мели землю. Над ней повисла в воздухе пестрокрылая птица, она била крыльями, кричала, кричала, кричала...

Кащей был близко.

Микула и Корин подскочили одновременно, преграждая дорогу чудовищу.

- Висенна!

- Госпожа!

Кащей, не останавливаясь, растопырил клешни.

- В стороны! - крикнула Висенна, она стояла на коленях, подняв высоко руки. - Корин! В стороны!

Оба отскочили в разные стороны, прижимаясь к стенам ущелья.

- Гененаа фиреаол кереланл! - пронзительно крикнула чародейка, простирая руки в сторону Кащея. Микула заметил, как что-то невидимое устремилось от нее к чудовищу. Траву примяло к земле, а мелкие камни разлетелись(откатывались) в стороны, словно отброшенные (сминаемые тяжестью) огромного невидимого шара, с возраставшей скоростью катившегося к кащею.

С ладони Висенны сорвалась ослепительная молния, ударила в кащея, размазалась по его панцирю сетью из огненных языков. Оглушительный грохот. Кащей взорвался, взлетел зеленый фонтан крови, обломков хитинового панциря, ног, внутренностей, все это градом посыпалось вокруг, застучало о на скалы, зашелестело в кустарнике. Микула согнулся, заслоняя руками голову.

 

Było cicho. W miejscu, na którym ostatnio stał potwór, czerniał i dymił okrągły lej, zbryzgany zieloną cieczą, usłany ohydnymi, trudnymi do rozpoznania, drobnymi fragmentami.

Korin, ocierając twarz z zielonych plam, pomógł Visennie wstać z ziemi. Visenna drżała.

Mikula pochylił się nad Kehlem. Bobołak miał otwarte oczy. Gruby kubrak z końskiej skóry pocięty był na strzępy, pod którymiwidać było to, co zostało z ramienia i barku. Kowal chciał coś powiedzieć, ale nie zdołał. Podszedł Korin, podtrzymując Visennę. Bobołak odwrócił głowę w ich stronę. Korin popatrzył na jego ramię i z trudem przełknął ślinę.

- To ty, królewiczu - rzekł Kehl cicho, ale spokojnie i wyraźnie. - Miałes rację... Bez broni jestem śmieć. A bez ręki? Chyba gówno, co?

И настала тишина. Там, где только что стоял Кащей, чернела и дымилась округлая воронка, залитая (забрызганная) зеленой жидкостью, наполненная отвратительными, небольшими кусками чего-то неузнаваемого.

Корин, утирая с лица зеленые пятна, помог Висенне встать. Ее трясло.

Микула склонился над Кехлом. Глаза у Коротыша были открыты. Кафтан из грубой лошадиной шкуры (Толстый кафтан из лошадиной шкуры) [п124]рассечен клешнями, и видны страшные раны (в лохмотья, под которыми видно было то, что осталось от руки и плеча).[п125]Кузнец хотел сказать что-то, но не сумел. Подошел, поддерживая Висенну, Корин. Коротыш посмотрел на них. Увидев его раны, Корин замер (с трудом сглотнул).

- Это ты, принц, - сказал Кехл тихо, но спокойно и выразительно. - Ты знал, что говорил. Без оружия я - барахло. А без руки? Вообще дерьмо, да?

[п124] К сожалению, часто встречающаяся ошибка: польское gruby – это не грубый, а толстый.

 

[п125] Данные сокращения, как мне кажется, не пошли на пользу тексту.

Spokój bobołaka przeraził Korina bardziej, niż widok zmiażdżonych kości, wyzierających z potwornych ran. To, że karzeł wciąż żył, było niewyobrażalne.

- Visenna - szepnął Korin, patrząc błagalnie na czarodziejkę.

- Nie dam rady, Korin - powiedziała Visenna łamiącym się głosem. – Ten organizm, to ciało… wszystkie prawa, które nim rządzą, są całkiem różne od ludzkich… Mikula... Nie dotykaj go...

- Wróciłeś, Bobołaku - szepnął Mikula. - Dlaczego?

- Bo prawa, które mną rządzą są różne… od ludzkich - rzekł Kehl z dumą w głosie, choć już z wyraźnym wysiłkiem. Strużka krwi wypłynęła mu z ust, plamiąc popielatefutro. Odwrócił głowę, spojrzał w oczy Visenny.

- No, ruda wiedźmo! Spełnia się twoja przepowiednia… Pomóż mi!

- Nie! - jęknęła Visenna.

- Tak - rzekł Kehl. - Tak trzeba. Już czas.

- Visenna - westchnął Korin z wyrazem przerażenia na twarzy. - Ty chyba nie zamierzasz....

- Odejdźcie! - krzyknęła druidka, powstrzymując łkanie. - Odejdźcie obaj!

Mikula, patrząc w bok, pociągnął Korina za ramię. Korin poddał się. Zobaczył jeszcze, jak Visenna klęka nad Bobołakiem, delikatnie gładzi go po czole, dotyka skroni. Kehl drgnął, zadygotał, wyprężył się i zastygł, nieruchomy.

Visenna płakała.

Спокойствие Коротыша поразило Корина больше, чем торчащие из страшных ран обломки костей. Непонятно было, почему карлик до сих пор жив.

- Висенна, - шепнул Корин, умоляюще глядя на чародейку.

- Ничего я не могу сделать, Корин, - голос ее дрожал. - Его организм, его тело... Все законы, которые ими управляют, абсолютно не похожи на человеческие. Микула, не трогай его...

- Ты вернулся, Коротыш, - сказал (шепнул) Микула. - Почему?

- Потому что законы, которые мной управляют, не похожи на человеческие, - сказал Кехл задумчиво (гордо), [п126]но уже с усилием. Струйка крови поползла из его рта, пачкая серый шерсть (мех) на лице. Он повернулся, глянул Висенне в глаза.

- Ну, рыжая ведьма! Твое пророчество исполнилось... Так помоги же мне!

- Нет! - крикнулаВисенна.

- Помоги, - сказал Кехл. - Так нужно. Пришла пора.

- Висенна. - Лицо Корина было безмерно удивленным(выдохнул Корин с выражением ужаса на лице).[п127] - Ты что, собираешься...

- Отойдите! - крикнула друидесса, едва сдерживая рыдания. - Отойдите оба!

Микула, смотря в сторону, потянул Корина за руку. Корин подчинился. Он успел еще увидеть, как Висенна наклонилась над Коротышом, осторожно погладила его по голове, коснулась виска. Кехл вздрогнул, вытянулся и застыл неподвижно.

Висенна плакала.

[п126] Еще один ложный друг переводчика: dumnie – это гордо, а не задумчиво. А как меняется смысл!

 

 

[п127] Удивление и ужас – несколько разные эмоции!

 

 

IX

Pstrokaty Ptak, siedzący na ramieniu Visenny, przekrzywił płaski łebek, wlepił w czarodziejkę okrągłe, nieruchome oko. Kon człapał wyboistym gościńcem, niebo było kobaltowe i czyste.

- Tuuit tuiit trk - powiedział Pstrokaty Ptak.

- Możliwe - zgodziła się Visenna. - Ale nie o to chodzi. Nie zrozumiałeś mnie. Nie mam pretensji. Przykro mi, że o całej sprawie dowiedziałam się dopiero od Fregenala, a nie od ciebie, to fakt. Ale znam cię przecież od lat, wiem, że nie jesteś gadatliwy. Sądzę, że gdybym zapytała wprost, odpowiedziałbyś.

- Trk, tuuuit?

- Jasne. Już od dawna. Ale sam wiesz, jak u nas jest. Jedna wielka tajemnica, wszystko tajne, sekretne. A zresztą to tylko kwestia wielkości. Ja też nie odmawiam przyjęcia zapłaty za leczenie, jeśli ktoś mi ją wpycha, a wiem, że go stać. Wiem, że za pewnego rodzaju usługi Krąg żąda wysokich opłat. I słusznie, wszystko drożeje, a żyć trzeba. Nie o to chodzi.

- Twwiiit. - Ptak przestąpił z nóżki na nóżkę. - Korriiin.

- Domyślny jesteś - uśmiechnęła się cierpko Visenna, pochylając głowę w stronę Ptaka, pozwalając, by lekko dotknął dziobkiem jej policzka. - Tym wlaśnie jestem rozgoryczona. Widziałam, jak na mnie spoglądał. Nie dość, że wiedźma, myślał pewnie, to jeszcze i obłudna kombinatorka, chciwa i wyrachowana.

Пестрокрылая птица, сидящая на плече Висенны, склонила плоскую головку и глянула на чародейку круглым неподвижным глазом. Конь шагал по ухабистой дороге, небо было голубое и чистое.

- Тьютт тюттчиррк, - сказала Пестрокрылая Птица.

- Возможно, - согласилась Висенна. - Но не о том речь. Ты меня не так понял. [п128]У меня нет к тебе претензий. Досадно, что обо всем я узнала от самого Фрегенала, а не от тебя - что есть, то есть. Но я давно тебя знаю, и знаю, что ты не любишь много говорить. Чтобы дождаться от тебя ответа, нужно спросить прямо.

- Чиррк, тьюююк?

- Это-то ясно, и давно.(Конечно. Уже давно.) Но ты сам знаешь, как у нас обстоят дела. Сплошные тайны и секреты, одна огромная тайна. А впрочем, как посмотреть. Я тоже не отказываюсь от платы за лечение, если мне настойчиво предлагают, я беру, а я знаю, что он может себе это позволить. И я знаю, что за серьезную услугу(определенные услуги) [п129]Круг требует и высокой платы. И правильно - все дорожает, а жить нужно. Не о том я думаю.

Пестрокрылая Птица переступила с ноги на ногу:

- Тьюювиттт! Корринин!

- Догадался, наконец,(Догадливый)[п130] - грустно усмехнулась Висенна, повернула голову и позволила Птице дотронуться клювом до своей щеки. - Вот этим-то я и огорчена(Вот это-то и вызывает чувство горечи). [п131] Я видела, как он на меня смотрел, и знаю, что он при этом думал (наверное, думал):[п132] это не только ведьма, это еще и лицемерная авантюристка, корыстолюбивая и расчетливая.

[п128] 1) С этого момента в рассказе Пестрокрылая Птица появляется как имя собственное (поэтому пишется с большой буквы). Переводчик пропустил первый случай появления имени собственного.

2) По-польски PstrokatyPtak мужского рода (как и само слово ptak), соответственно, по-русски Пестрокрылая Птица женского рода (как само слово птица), а все глаголы прошедшего времени, описывающие ее действия, содержат формант женского рода (сказала Пестрокрылая Птица, Пестрокрылая Птица переступила с ноги на ногу, Птица замолчала) Тем не менее, Висенна при обращении к Пестрокрылой Птице использует мужской род (ты меня не понял, ты сам знаешь, догадался)

Однако переводчик опять-таки непоследователен в своем решении: в последних абзацах рассказа Висенна обращается к Пестрокрылой Птице как к существу женского пола:

Висенна оторвалась от губ Корина, глянула на Птицу, моргнула.

- Ты была права, - сказала она.

 

[п129] Эти определенные услуги совсем не обязательно были серьезными, независимо от того, что мы будем подразумевать под словом «серьезные»

 

[п130] Разница в значении: догадался, наконец - Висенна, возможно, хотела, чтоб птица догадалась. Догадливый - Висенна совсем не обязательно довольна догадливостью птицы, что, кстати, подтверждают дальнейшие слова Висенны: Но это не твое дело. Не суй клюв в чужие дела.

 

[п131] чувство огорчения – это не то же самое, что чувство горечи.

 

[п132] В том-то и дело, что на этот раз Висенна не знает, что думал Корин, а только представляет себе, что он мог подумать!

- Tuwiit trk trk trk tuuiiit?

Visenna odwróciła głowę.

- No, aż tak źle nie jest - mruknęła, mrużąc oczy. - Nie jestem, jak wiesz, dziewczynką, nie tracę głowy tak łatwo. Chociaż trzeba przyznać... Za długo włóczę się samotnie po... Ale to nie twoja sprawa. Pilnuj swego dzioba.

Ptak milczał, strosząc piórka. Las był coraz bliżej, widać było drogę znikającą w gąszczu. Pod portalem konarów.

- Słuchaj - odezwała się Visenna po chwili. - Jak to, według ciebie, może wyglądać w przyszłości? Czy rzeczywiście jest możliwe, żeby ludzie mogli przestać nas potrzebować? Chociażby w najprostszej materii, w kwestii leczenia? Trochę postępu tu widać. Weźmy na przykład takie ziołolecznictwo, ale czy można sobie wyobrazić, że kiedyś uporają się, dajmy na to, z krupem? Z gorączką połogową? Z tężcem?

- Twiik twiiit.

- Też mi odpowiedź. Teoretycznie, to możliwe jest i to, że nasz koń za chwilę włączy się do rozmowy. I powie coś mądrego. A co powiesz o raku? Czy i z rakiem poradzą sobie? Bez magii?

- Trrk!

- Ja też tak myślę.

- Тюиттт чик чик тьюююттт?

Висенна отвернулась.

- Ну, не так уж все скверно, - буркнула она, щурясь. - Я не девчонка, так легко голову не теряю. Хотя нужно признать... Я слишком долго странствую в одиночестве по... Но это не твое дело. Прикрой-ка клювик. (Не суй клюв в чужие дела.)

Птица замолчала, ероша перышки. Лес приближался, дорога уходила в чащу, под сомкнувшиеся кроны.

- Слушай, - сказала Висенна чуть погодя, - как, по-твоему, это будет выглядеть в будущем? Неужели мы действительно окажемся ненужными людям? Даже (Хоть бы и) в таких несложных делах, как лечение? [п133] Конечно, они кое-чему научились, умеют уже лечиться травами. Но неужели они когда-нибудь смогут сами лечить воспаление легких (круп)? Родильную горячку? Столбняк?

- Твик, тьюитт!

- Тоже мне ответ - теоретически возможно...[п134] Теоретически возможно, что наш конь вмешается сейчас в разговор. И скажет что-нибудь умное. А как насчет рака? Неужели они и с раком справятся без магии?

- Тррчк!

- Вот и я так думаю.

 

 

[п133] Не кажется ли эта фраза уважаемым читателям нелогичной? Неужели мы окажемся ненужными людям? Даже в таких несложных вещах...?. Не логичнее бы было: ... даже в таких сложных вещах?

В оригинале все логично: Думаешь, это возможно, чтобы люди перестали в нас нуждаться? – спрашивает Висенна птицу и предлагает конкретный пример: - Возьмем хотя бы лечение... Неужели они сами справятся с такими серьезными болезнями, как ....

 

 

[п134] У Сапковского читатель догадывается об ответе птицы из следующей реплики Висенны. Переводчик – для разнообразия – решил на этот раз облегчить читателям работу мозга.

Wjechali w las, pachnący chłodem i wilgocią. Przekroczyli płytki strumień. Visenna wspięła się na wzgórze, zjechala potem na dół, wśród wrzosów, sięgających strzemion, gdzie znowu odnalazła drogę, piaszczystą, zarośniętą. Znała tę drogę, jechała już tędy, zaledwie trzy dni temu. Tyle, że w przeciwnym kierunku.

- Wydaje mi się - odezwała się znowu - że jednak przydałoby się u nas trochę zmian. Kostniejemy, za mocno i zbyt bezkrytycznie uczepiliśmy się tradycji. Jak tylko wrócę...

- Twiit - przerwał Pstrokaty Ptak.

- Co?

- Twiit.

- Co chcesz przez to powiedzieć? Dlaczego nie?

- Trrrrk.

- Jaki napis? Na jakim znowu słupie?

Ptak, furcząc skrzydełkami, zerwał się z jej ramienia, odleciał, znikł wśród listowia.

Они въехали в лес, пахнуло холодом и сыростью. Вброд преодолели неглубокий ручей. Висенна поднялась на холм, потом спустилась вниз, в заросли, где кустарник (вереск) задевал стремена. И снова дорога, песчаная, изрядно заросшая. Висенна знала ее, здесь она проезжала всего три дня назад. Правда, в противоположном направлении.

Она сказала:

- Кажется мне, и нам не помешали бы кое-какие перемены. Мы закоснели, чересчур сильно и бескритично цепляемся за старые традиции. Как только я вернусь...

- Тьюитт! - сказала Пестрокрылая Птица.

- Что?

- Тьюитт!

- Что ты этим хочешь сказать? Как это я не вернусь?

- Тррчкк!

- Какая надпись? На каком еще столбе?

Птица взмахнула крыльями, сорвалась с ее плеча и исчезла в ветвях.

 

 

Korin siedział oparty plecami o słup na rozstaju, przyglądał się jej z bezczelnym uśmiechem. Visenna zeskoczyła z konia, podeszła bliżej. Czuła, że też się uśmiecha, wbrew swej woli, co więcej, podejrzewała, że uśmiech ten nie wygląda najmądrzej.

- Visenna - zawołał Korin. - Przyznaj się, nie otumaniasz mnie przypadkiem czarami? Odczuwam bowiem ogromną radość z tego spotkania, wręcz nienaturalną radość. Tfu, tfu, na psa urok. To czary, ani chybi.

- Czekałeś na mnie.

- Jesteś niesamowicie przenikliwa. Widzisz, obudziłem się raniutko i stwierdziłem, że odjechałaś. Jak miło z jej strony, pomyślałem sobie, że nie budziła mnie dla takiego głupstwa, jak zdawkowe pożegnanie, bez którego można się wszak doskonale obejść. Któż w końcu, w dzisiejszych czasach żegna się lub wita, toż to nic innego jak przesąd i dziwactwo. Prawda? Obróciłem się na drugi bok i spałem dalej. Dopiero po sniadaniu przypomniałem sobie, że mam ci do powiedzenia coś niezwykle ważnego. Wsiadłem zatem na zdobycznego konia i pojechałem na skróty.

- A cóż takiego masz mi do powiedzenia? - spytała Visenna, podchodząc bliżej, zadzierając głowę, by spojrzeć w błękitne oczy, które zeszłej nocy widziała we snie.

Корин сидел посреди поляны, подпирая столб на распутье, нахально ухмыляясь. Висенна спрыгнула с коня, подошла. Чувствовала, что тоже улыбается, помимо воли, подозревала даже, что ее улыбку никак не назвать исполненной глубокого смысла.

- Висенна, - сказал Корин. - Признайся, ты меня, случайно, не отуманила чарами? Больно уж радует меня наша встреча, прямо-таки неестественно радует. Тьфу-тьфу-тьфу! Не иначе, это все чары.

- Ты ждал меня.

- Ты необыкновенно проницательна. Я проснулся утром и узнал, что ты уже уехала. Как мило с ее стороны, сказал я себе, она не стала меня будить, ради мимолетного прощанья, этой глупости, без которой превосходно, можно обойтись. Кто в наше время приветствует и прощается? Все это крайности (предрассудок) и чудачество. Правда? Так что я повернулся на другой бок и заснул. И только за завтраком (после завтрака) вспомнил, что забыл тебе сказать что-то очень важное. Раздобыл коня (сел на добычного [п135] коня) и поехал побыстрее (кратчайшим путем).[п136]

- И что же ты мне собирался сказать? - Висенна подошла совсем близко и запрокинула голову, чтобы взглянуть в голубые глаза, которые этой ночью видела во сне.

[п135] Толковый словарь русского языка:

Связанный с добычей полезных ископаемых, предназначенный для нее.

Словарь Даля:

добычный - к добыче относящийся; выгодный, прибыльный, давший много добычи

То есть какой это был конь?..

 

 

[п136] А вот это объясняет, как Корин, выехав после Висенны и не опережая ее по пути, первым оказался на распутье.

 

 

 

Korin wyszczerzył zęby w szerokim uśmiechu.

- Sprawa jest delikatnej natury - rzekł. - Nie da się jej streścić w kilku słowach. Będzie to wymagało szczegółowych wyjaśnień. Nie wiem, czy zdążę przed zmierzchem.

- Zacznij chociaż.

- Z tym właśnie jest kłopot. Nie wiem jak.

- Panu Korinowi brak słów - pokręciła głową Visenna, wciąż się uśmiechając. - Rzecz absolutnie niesłychana. Zacznij więc od początku.

- Niezły pomysł. - Korin udał, że poważnieje. - Widzisz, Visenna, minął już ładny kawał czasu, odkąd włóczę się samotnie...

- ...po lasach i gościńcach - dokończyła czarodziejka, zarzucając mu ramiona na szyję.

Pstrokaty Ptak, wysoko, na gałęzi drzewa, machnął skrzydełkami, rozpostarł je, zadarł główkę.

- Trrrk twiit twiiit - powiedział.

Visenna oderwała usta od ust Korina, spojrzała na Ptaka, mrugnęła.

- Miałeś rację - odpowiedziała. - To rzeczywiście droga, z której się nie wraca. Leć, powiedz im...

Zawahała się, machnęła ręką.

- Nic im nie mów..

Корин блеснул зубами в широкой улыбке.

- Дело это весьма деликатное, - сказал он. - Нельзя его изложить в нескольких словах. Тут нужно все растолковать подробно. Не знаю, успею ли я все изложить до заката.

- Начни хотя бы.

- Вот это и есть самое трудное. Я не знаю, с чего начать.

- У господина Корина нет слов, - Висенна покачала головой, улыбалась. - Кто бы мог подумать. Ну, начинай сначала.

- Недурная мысль. - Корин сделал вид, что посерьезнел. - Видишь ли, Висенна, много времени прошло, как я странствую в одиночестве...

- По лесам и дорогам, - закончила чародейка, закидывая ему руки на шею.

Высоко над ними, на ветке, Пестрокрылая Птица взмахнула крыльями, раскинула их, запрокинула головку, сказала:[п137]

- Трррчччк тьюитт тьюиттт!

Висенна оторвалась от губ Корина, глянула на Птицу, моргнула.

- Ты была права, - сказала она. - Это в самом деле оказалась дорога, откуда не возвращаются. Лети, скажи им... - подумала, махнула рукой. - Да нет, ничего им не говори...

 

[п137] Птица неожиданно меняет пол: до сих пор Висенна обращалась к ней, используя мужской род:

Ты меня не так понял (...) Но ты сам знаешь, как у нас обстоят дела. (...) Догадался, наконец.

 



[1] Многие фрагменты текста содержат одновременно ошибки разного типа, а повторение одних и тех же предложений не только было бы утомительно, но и излишне увеличило бы размер статьи.

[2]Например, интервью в Стожарах:

- А кого-нибудь из русских авторов вы будете критиковать?

- Нет, русских я критиковать не буду, я ведь их не знаю. Но если я задам себе труд - а вполне возможно, что и задам... Я видел русскихавторов фэнтези. Например, есть такой Бушков. Пока я его, конечно,критиковать не буду, сперва прочитаю...

- Но Бушков был одним из первых переводчиков ваших произведений...

- Да, конечно. И ни копейки не заплатил. Теперь - реванш!

http://www.lib.ru/SAPKOWSKIJ/sap-meet.txt

[3] Думаю, 50 страниц такой таблицы отвратило бы самого заинтересованного читателя :).

[4]Droga, z której się nie wraca", drugie z napisanych przeze mnie opowiadań, ukazała się w roku 1988, w sierpniowym numerze miesięcznika "Fantastyka" - a więc rok i dziewięć miesięcy po moim debiucie, "Wiedźminie", opublikowanym w tejże "Fantastyce" w grudniu 1986. (...)

Na koniec jeszcze jedno: gdy "Droga..." ukazywała się w "Fantastyce", wielokrotnie już tu będący przywoływany Maciej Parowski pozwolił sobie na pewne redaktorskie korekty, nie konsultując tychże z autorem - któżby w końcu cackał się z debiutantem. Ofiarą redaktorskiej gumy padły przede wszystkim zwroty, których w fantasy używać nie wolno, bo "podówczas tak nie mówiono". W wydrukowanym w "Fantastyce" opowiadaniu spostrzegłem więc z niejakim zdumieniem, że "pycha" zastąpiła "arogancję", że "inteligentny" stał się "mądrym" itp. Ponieważ twardo bronię teorii, że fantasy nie dzieje się w żadnym "podówczasie" i bezsensowne są zarówno archaizacja języka, jak i jakiekolwiek języka stylizowanie, z wersji, którą Państwo za chwilę przeczytają, poprawki Parowskiego wyeliminowałem, wróciłem do swego dziewiczego maszynopisu. Mają więc Państwo przed sobą wersję, którą Anglosasi określają jako unabridged. Ocenie Państwa pozostawiam, czy tekst zyskał przez to, czy stracił.” Andrzej Sapkowski, Wstęp Droga, z której się nie wracado: Coś się kończy, coś się zaczyna, superNOWA, Warszawa 2004

[5] 1. "Fantastyka" № 8 за 1988 год;

2. Сборник "Wiedźmin", издательство "Reporter", 1990 г.;

3. Антология "Co większe muchy" подред. Паровского, издательство "Reporter", 1992 г.

[6] Например, во фрагменте:

Visenna, nie zatrzymując się nawet na chwilę, zmierzała do dalszej kawerny, znacznie mniejszej, mrocznej. Korin podążył za nią, tęsknie oglądając się na skrzynie.

- Tutaj jestem - odezwał się ciemny, niewyraźny kształt, leżący na stosie szmat i skór, pokrywających ziemię.

Zbliżyli się. Skrępowany człowiek był niski, łysy, otyły. Ogromny siniak pokrywał mu połowę twarzy.

Visenna dotknęła diademu, chalcedon na sekundę rozbłysnął jaśniejszym światłem.

- To niepotrzebne - rzekł skrępowany. - Znam cię. Zapomniałem, jak cię nazywali. Wiem, co masz na czole. To niepotrzebne, mówię. Napadli mnie podczas snu, zabrali mój pierścień, zniszczyli różdżkę. Jestem bezsilny.

- Fregenal - powiedziała Visenna. - zmieniłeś się.

- Visenna - mruknął grubas. - Przypomniałem sobie. Nie spodziewałem się, że przyślą ciebie. Myślałem, że to będzie mężczyzna, dlatego posłałem Manissę. Z mężczyzną moja Manissa poradziłaby sobie.

в тексте, напечатанном в журнале «Fantastyka» отсутствовал первый из выделенных фрагментов, а в тексте, напечатанном в сборнике "Wiedźmin" (издательство "Reporter", 1990 г.) – второй, в то время как в антологии "Cowiększemuchy" присутствовали оба указанных предложения. Поскольку в переводе А.Бушкова находятся оба «спорных» фрагмента:

Висенна, ни на миг не задерживаясь, перешла во вторую пещеру, гораздо меньшую, темную. Корин шел следом, то и дело оглядываясь на сундуки.

- Я здесь, - отозвался непонятный предмет, лежавший на груде покрывавших пол тканей и шкур.

Они приблизились. Это был связанный человек - низенький, лысый, толстый. Половина его лица была сплошным синяком.

Висенна прикоснулась к диадеме, халцедон на миг вспыхнул ярче.

- Нет необходимости, - сказал связанный. - Я тебя знаю, Забыл только, как зовут. Я знаю, что у тебя на лбу. Говорю тебе, в этом нет нужды. На меня напали на спящего, забрали мой перстень, сломали волшебный прутик. Я бессилен.

- Ты изменился, Фрегенал, - сказала Висенна.

- Висенна, - буркнул толстяк. - Я вспомнил. Не ожидал я, что они пришлют тебя. Думал, это будет мужчина, потому и отправил навстречу Маниссу. С мужчиной моя Манисса справилась бы.

логично предположить, что переводчик пользовался именно изданием «...much». Конечно, это только один из многочисленных примеров.

[7] Хотя со смыслом тоже бывает по-разному.

[8] Naciągnął skrwawiony strzęp koszuli i kubrak, wstał, podjął z ziemi pas z mieczem, kiesą i manierką, spinany klamrą w kształcie smoczego łba.

[9] Albo jeszcze lepiej - zawiesimy cię za nogi na drzwiach stodoły i obedrzemy ze skóry jak węgorza.

[10] Kowal nie czekał aż człowiek zwali się z konia. Runął do biegu, na skos przez podwórze.

[11] Jasnowłosy ześlizgnął się z konia i przebiegł przez podwórze, odciskając wysokiego Vrana od jego wierzchowca.

[12] Korin ze zdumieniem poczuł, że przepaja go dziwny entuzjazm, że obawa przed tym czymś, co kryje się na przełęczy, obawa przed niewiadomym, znika, rozwiewa się, przestaje istnieć, staje się nieważna, takdługo, jak długo błyszczy świetlisty klejnot na czole Visenny.

[13]Wmieszałem się, bo lubię bijatyki, wszystko mi jedno z kim się biję.

[14] Bobołak pochylil się, spojrzał na czarodziejkę znad końskiego karku. Nie był młody - futro miał już prawie popielate, upstrzone białymi kosmykami.

[15] Z dłoni Visenny trysnęła oślepiająco jasna, zygzakowata smuga światła, uderzyła w kościeja, rozmazała się po pancerzu siatką języków ognia.

[16]Не логичнее бы было: «... дажев самых сложных вещах»? В оригинале все логично: Думаешь, это возможно, чтобы люди перестали в нас нуждаться? – спрашивает Висенна птицу и предлагает конкретный пример: - Возьмем хотя бы лечение... Неужели они сами справятся с такими серьезными болезнями, как ....


Дата публикации: 2008-11-09 11:07:11
Просмотров: 16480



[ Назад ]
А. Сапковский
Анджей Сапковский

Мне очень повезло вырасти в доме, где читать очень любили, а книг было не счесть.

Галерея





Архив
Показать\скрыть весь
Ноябрь 2017: Новости | Статьи
Октябрь 2017: Новости | Статьи
Сентябрь 2017: Новости | Статьи
Август 2017: Новости | Статьи
Июль 2017: Новости | Статьи
Июнь 2017: Новости | Статьи
Статистика