Реклама
Опрос
Как вам фанатский перевод "Сезона гроз"?

Великолепно, блестяще сохранен авторский стиль.
Хороший, добротный перевод, читать можно.
Так себе, явная любительщина, многовато ошибок.
Отвратительно, полная халтура, невозможно читать.
Не читаю, подожду официального перевода.



Результаты
Другие опросы

Голосов: 7679
Комментариев : 24
Реклама

Инкогнито 16 ноября 8:37 Cообщение № 11920


Я ненавижу серые дни!
Впрочем, кто ж их любит? Кому нравится, когда мир меняет свой цвет, свой запах и даже вкус? Тем более, когда он сам меняется. Постоянно. Не в лучшую сторону, кстати…
В такие дни единственное, что можно сделать, - уйти подальше от Грани. Но и там, в размытом тусклом свете, не станет легче. И там точно так же закладывает уши, тяжелый ком застревает в горле, и больно сжимается грудь, мешая вздохнуть…
Я ненавижу серые дни. А уж, тем более, недели!
В этот раз свинцовая Грань была особенно острой. Не думаю, что кто-то отважился хотя бы просто приблизиться к ней. Я, например, не отважилась. За три серых недели я лишь несколько раз подходила туда, откуда можно было разглядеть мутные разводы на Грани. Но даже оттуда, с безопасного расстояния, смотреть на нее было неприятно. Тоскливо. Страшно. Щемило сердце. И, как всегда, было что-то еще – то, чему не найти слов, но что намного хуже всего остального, вместе взятого…
Чего уж тут говорить о более прозаических вещах? Конечно, в такие дни нет ни аппетита, ни сна. Да и откуда бы им взяться, когда это вот непонятное отвратительное чувство все время гонит тебя куда-то, заставляет двигаться, двигаться, метаться по миру во всех направлениях, нигде не находя покоя и передышки…
Может быть, это называется страх. Или безумие. Не знаю. К счастью, еще ни разу серые дни не продолжались настолько долго, чтобы я узнала наверняка…
***
В этот раз всё прекратилось до странного внезапно. Обычно такие вещи чувствуешь заранее, всем нутром, но в этот раз я просто глянула на Грань – и поняла, что она вот только что, сию минуту, стала спокойной и безопасной…
Не бывает… Так - не бывает!
Все неприятные ощущения, вызывающие обычно такой сумбур в моем теле, тоже прекратились – резко, коротко, словно оборвались. Вместе с облегчением я почувствовала легкое головокружение, похожее чем-то на то, что возникает от удара звуковой волны, когда Большие начинают петь-разговаривать между собой.
Но после трех серых недель это было таким пустяком!
Я развернулась, с удовольствием отметив, что мышцы под толстой шкурой по-прежнему упруги и послушны, и, помогая себе точными экономными движениями хвоста, поплыла наверх.
К Грани.
***
А вот и еда!
За три недели я несколько раз машинально перехватывала стайку-другую рыбешки, но сейчас чувствовала голод. Нормальный, бодрящий голод, не тот, что судорожно сжимает внутренности, а такой, когда хочется с удовольствием перекусить чье-нибудь мягкое тельце, вбирая в себя жадными глотками пряную теплую кровь.
Еда беспорядочно трепыхалась, колотила по воде лапками. Я неспешно приблизилась, смакуя запах ее смешного страха. Почти нежно – легким коротким прикосновением – я всколыхнула вокруг теплую волну, на которой беспомощным поплавком покачивалась моя еда.
А потом в моих ощущениях возникло нечто непонятное. Какая-то странная и дикая неправильность. Потому что, увидев меня, еда вдруг перестала пугаться. Наоборот, в мозг мне хлынул поток ее гнева и какой-то задорной, почти веселой ярости. Знакомое чувство. Я мысленно улыбнулась глупенькой еде, которая при всех своих смешных размерах и коротких лапках стремится быть похожей на меня. Но, кажется, мне уже расхотелось ее съедать. Было в этой еде что-то неправильное.
И, кажется, я даже знала, что. Дело было не только и не столько в том, что её, этой еды, - отчего-то я это чувствовала – не должно быть в моем мире. Мне меньше всего хотелось задумываться о том, откуда она все-таки в нем взялась.
Дело было в другом. Проглотив ее, я в одно мгновение лишилась бы чего-то нужного, что только-только обрела и с чем еще не хотела и не готова была расстаться.
Просто я никогда еще так остро не воспринимала мысли кого-то чужого. И еще…
Я вдруг поняла, что уже не смогу назвать это существо едой.
И пусть смеются надо мной эти пакостники афалины…


Дата публикации: 2008-10-01 08:23:45
Просмотров: 3518



[ Назад ]
Ваше имя:
Ваш e-mail:

Very Happy Smile Sad Surprised
Shocked Confused Cool Laughing
Mad Razz Embarassed Crying or Very sad
Evil or Very Mad Twisted Evil Rolling Eyes Wink
Exclamation Question Idea Arrow

Запомнить

А. Сапковский
Анджей Сапковский

Вопросы? Ответы? Да кому они нах*й нужны! Это роман, не инструкция к DVD-плееру. Как писатель, как прозаик, я не читаю никому проповеди в церкви, не толкаю речи в Гайд-парке. Я рассказчик. Я рассказываю истории, чтобы доставить читателям удовольствие, создаю героев, чтобы вызвать приязнь/неприязнь, ситуации, чтобы развлечь, рассмешить, расстроить, напугать — и, конечно, заставить их пошевелить мозгами, подумать. Но это история, это фарс, не обращение, не призвание, не вера.

Галерея





Архив
Показать\скрыть весь
Январь 2019: Новости | Статьи
Декабрь 2018: Новости | Статьи
Ноябрь 2018: Новости | Статьи
Октябрь 2018: Новости | Статьи
Сентябрь 2018: Новости | Статьи
Август 2018: Новости | Статьи
Статистика