Реклама
Опрос
Как вам фанатский перевод "Сезона гроз"?

Великолепно, блестяще сохранен авторский стиль.
Хороший, добротный перевод, читать можно.
Так себе, явная любительщина, многовато ошибок.
Отвратительно, полная халтура, невозможно читать.
Не читаю, подожду официального перевода.



Результаты
Другие опросы

Голосов: 7771
Комментариев : 25
Реклама

Геральт и Фрингилья


ГЕРАЛЬТ В ТУССЕНТЕ, часть первая.
Глава 7.
Приключения Геральта в Туссенте, часть первая. Тоже пародия на "Владычицу Озера".



Солнечный луч упал из открытого окна на небритую физиономию Геральта. Дело близилось к полудню, пора было вставать. Фрингилья уже наверняка ждала ведьмака в библиотеке, а уважающий себя кавалер не должен опаздывать на свидание с дамой больше, чем на час. Геральт лениво поднялся, зевнул, причесал перед зеркалом пятерней взлохмаченные белые волосы, вытер с кожаной куртки кляксу кетчупа. Хорош! Сапоги можно не чистить. Не должны они быть слишком уж грязными, ведь вчера ведьмак завалился на постель, не разуваясь, и, имея привычку вертеться во сне, наверняка хорошо вытер их об одеяло. Фрингилья Виго, чародейка и родственница княгини Туссента, неоднократно приставала к Геральту с просьбой поселиться вместе, но тот всегда отказывал. Оно и понятно: увидь аккуратистка Виго его хоть раз лежащим в сапогах на кровати, Геральту пришлось бы туго. Другое дело Йеннифэр! Ведьмак ностальгически вздохнул. В доме у Йен творилось такое... Как-то раз у них закончились продукты, и Геральт откопал на обеденном столе из-под объедков и немытой посуды заблудившегося там медведя, который, как это водится у медведей, неделю назад приперся к человеческому жилью воровать съестное. Копченых медвежьих окороков и тушенки хватило еще на две большие вечеринки, после чего Геральт сбежал из дома, чтобы не мыть посуду. Он и сейчас переживал, что Йен на него сильно за это обижена.
Теперь надо было позаботиться о подарке. Геральт достал со шкафа старую дамскую шляпу, которую подобрал вчера, проходя мимо помойки, отодрал от нее букет искусственных цветов и перевязал сапожной ниткой. Получилось довольно неплохо.
Ведьмак вышел на улицу и, насвистывая веселую песенку, направился к библиотеке.
- Эй, дурень, куда к бабе с искусственными цветами? - раздался за спиной знакомый голос.
- Да у него, небось, и баба резиновая! - ответил нахалу другой знакомый голос.
Геральт обернулся. За высоким забором из колючей проволоки на капустном поле сидели скоя'таэли - двое парней и воинственная девица Торувьель. Эльфы жрали чужую капусту прямо с грядок, стоял звонкий хруст, острые уши террористов торчали, как у зайцев.
Ведьмак ехидно прищурился и положил руку на изголовье железного меча:
- А-а, вот они, Старший Народ! Оборванные, грязные голодранцы. Как вас зовут, о прекрасная эльфийка? Голодриэль-Задрипиэль?
- От черепашки-ниндзя слышу, - огрызнулась Торувьель и плюнула под забор кочерыжкой.
- Надо будет надоумить местных, чтобы опрыскивали свои поля против вредителей-эльфов, - не остался в долгу Геральт.
- Какой ж тебе тогда, ведьмак, кайф будет! - сказал Яевинн, - Капусты с "Дихлофосом" пожевал - и в бой. Никаких сундучков черного дерева с флакончиками из темного стекла не надо.
- Прикольно, - заметил второй скоя'таэль, - От белены у него кошачьи глаза делаются, а от "Дихлофоса", наверное, хобот вырастет.
Ведьмак выхватил меч. Скоя'таэли, прихватив по кочану, на максимальной скорости дернули с места преступления. Геральт уже думал штурмовать забор, как вдруг сообразил, что в отличие от террористов у него нет штык-ножа резать колючую проволоку. Не иначе как стервецы рассчитывали, что враг полезет за ними через ограду и позорно повиснет вниз головой, зацепившись штанами. "Ладно, идите к черту", - подумал ведьмак, убрал меч в ножны и гордо зашагал к библиотеке.
Фрингилья Виго в скромном платье из серого шелка ждала его, сидя у окна и возложив на колени толстый фолиант под названием "Трактат о смерти неминуемой". Геральт поздоровался и галантно протянул своей даме цветы со шляпы.
- Это тебе, дорогая! - сказал Геральт, что означало: "Йен бы за такое убила, но для тебя, коль скоро сама вешаешься, сойдет и так".
- О-о-о, какое чудо! - воскликнула, восхищенно улыбаясь, Фрингилья, - Обожаю розы! - что в свою очередь означало: "Не тряпичные, конечно, идиот. Ничего, когда ты будешь полностью под властью моих женских чар, я тебе это припомню!"
- Геральт, а я кое-что испекла! Ты наверняка еще не завтракал, - мадемуазель Виго, сияя как медный таз, протянула ведьмаку пакет с горячими беляшами.
Это следовало понимать так: "А я еще и готовить умею! Не то, что твоя бывшая!" Геральт знал, что сии кулинарные шедевры на самом деле продают низушки на Боклерском вокзале, и чем больше становится в городе палаток с беляшами, тем меньше остается бродячих кошек.
- Ты просто молодец, Фрингилья! - поблагодарил ведьмак, добавив про себя: "...только дура и шпионка чародейской Ложи".
Беляши стоило незаметно отправить в окно, в подарок тем же бродячим котам, дабы завершить круговорот кошачьего мяса в природе. Однако на подоконнике пристроилась, обольстительно улыбаясь, мадемуазель Виго.
- Фрингилья, ты прекрасно смотришься в этом платье, но все-таки отойди от окна, - попросил Геральт.
- Что-то не так?
- Видишь ли, в местном лесу все белки бегают без хвостов - значит, в округе полно скоя'таэлей. А они - беспощадные лучники-диверсанты.
- Ах, ты так заботлив, дорогой! - проворковала Фрингилья и непринужденно улеглась на столе, подложив под голову "Трактат о смерти неминуемой".
Довольный Геральт, раскрыв объятия, двинулся было к ней, но вдруг поскользнулся на масле, которое натекло из беляшей, и грохнулся на пол. Фрингилья Виго счастливо вздохнула, подняла глаза к потолку и, как будто репетируя, прошептала:
- Он валялся у моих ног, был полностью в моей власти, пел дифирамбы моей женственности! Завидуйте, Филиппа, Ассирэ и все остальные, ибо тут есть чему завидовать!
Ведьмак, ругаясь, выбрался из-под стола. Масло из беляшей пахло как машинное.
- Геральт, ты помнишь нашу первую встречу? - спросила чародейка.
Еще бы он не помнил. Такое разве забудешь!
Главная церемония праздника виноградарей состоялась аккурат после того, как Геральт с рыцарем Рейнартом "обмыли" свежедобытого куролиска. И похоже, ведьмак, поминая убиенную орниторептилию, хватил лишнего. Ибо взяв во время церемонии на руки Фрингилью, он сперва перевернул ее вниз головой, потом уронил на пол, а в конце сунул по ошибке вместо бочки, где давят виноград, в огромную корзину, в которой по туссентскому обычаю хранили куриные яйца с местной птицефермы. Да что там, Геральт не удержался на ногах и свалился туда же и сам. Короче, когда их, наконец, выудили из месива битых яиц и соломы при помощи сачка, коим ловят бродячих собак, роман чародейки и ведьмака был уже в самом разгаре. Ее сиятельство княгиня Анарьетта была вне себя. Она обзывала Геральта пьяным мутантом и угрожала поселить в княжеском зоопарке, но к счастью, позже под влиянием родственницы ее гнев утих. И все же ведьмак не очень любил вспоминать этот случай. Дело в том, что за убитого куролиска ему заплатили золотом в слитках. Утром, после опохмелки, оказалось, что это всего лишь крашеные бронзовой краской кирпичи, а заказчик уже казнен за мошенничество. Поэтому даже в морду дать было некому.
Геральт взял Фрингилью за талию и наклонился, чтобы поцеловать.
- Постой, - остановила его любовница, - Я хочу сказать тебе что-то важное.
"Начинается!" - подумал Геральт. Филиппа Эйльхарт из подпольной Ложи чародеек пробовала руками Фрингильи удержать Геральта в Туссенте до мая. Мадемуазель Виго старалась изо всех сил - привязывала ведьмака веревочками, приклеивала липкой лентой за уши ко стенам, но всякий раз ему удавалось освободиться и сбежать. Поэтому в ход теперь шли бесконечные дурацкие уговоры.
- Геральт, я не раз говорила тебе, что только в Туссенте ты и твои друзья в безопасности. Туссент повсеместно считается сказочным княжеством, пребывающим в состоянии перманентного опьянения. Этот край поставляет всему свету вина, поэтому здесь не действуют никакие агенты, шпионы и тайные службы.
- Надо же, - недоверчиво хмыкнул Геральт. - И почему же?
- Они все быстро спиваются и под влиянием белой горячки начинают передавать на Родину такое... Ну, например, сообщения о белых слонах, гуляющих по потолку, или о шахтах с ядерными ракетами в печной трубе соседа. На Туссент никто никогда не нападет, ибо армия захватчиков через пять минут будет вся бухая в стельку, включая вьючных мулов и боевых коней. А кто останется трезв, того замучают постоянные приступы безумного хохота, ибо Туссент также традиционно является страной неизменного вакхического веселья. Обычно все нормальные завоеватели издали принимают сие княжество за психбольницу и обходят десятой дорогой, а потому...
Она еще что-то там болтала, но Геральт уже только делал вид, что слушал, думая о своем. В общем он мог сказать, что жизнь в Туссенте ему нравится. Благодаря поэту Лютику Ведьмак и его товарищи пользовались особым расположением местной правительницы, княгини Анны Генриетты. Это была отдельная история. Лет шесть назад Лютик гостил у ее сиятельства. Поскольку он слыл не только знаменитым музыкантом, но и известным сердцеедом, нетрудно догадаться, чем он разнообразил свое общение с оставленной без присмотра супругой князя, помимо треньканья на лютне и декламации стихов. Когда князь Раймунд узнал об этом, он велел схватить блудливого поэта, отрубить ему голову, а мозг поджарить с перцем и луком. Прелюбодействовавшая княгиня Анарьетта должна была съесть ужасное кушанье на глазах у всего двора. Этот кровожадный способ наказания неверных жен князь вычитал в какой-то стародавней балладе. К счастью для Лютика, слуги согласились перед казнью исполнить последнее его желание, а именно: сделать поэту рентген черепа. Никаких мозгов там, ясное дело, не оказалось. Раймундовы люди пришли в ужас. Исполнить княжеский приказ было невозможно. А это означало, что им самим грозит виселица, ибо Анарьеттин супруг был просто в ужасном расположении духа. Лютик, которому для написания стихов и избежания последствий любовных похождений всегда хватало надглоточного ганглия и брюшной нервной цепочки, хихикнул и сказал, что раз мозгов у него нет, слугам лучше драпануть вместе с ним из Туссента куда подальше. Когда выяснилось, что слуги смылись вместе с преступником, у князя Раймунда совсем сорвало крышу. Его сиятельство бесновался, бил зеркала рогами и рубил мебель до тех пор, пока его не пришибло рухнувшим сервантом, и княгиня Анарьетта благополучно овдовела. С тех пор она жила в свое удовольствие, а вернувшийся в Туссент Лютик сразу стал ее фаворитом...
Окно за спиной Геральта и чародейки предательски скрипнуло. Ведьмак, все еще державший любовницу за талию и мужественно терпевший фрингильино словоблудие, обернулся. На подоконнике маячила вечно голодная Торувьель, подбирающаяся к беляшам.
- А ну, брысь отсюда! - заорал Геральт, решив, что за ним подглядывают.
- Торувьель, отдай ему эти беляши! Одним D'hoine меньше будет, - раздался со двора голос Яевинна, - А ты, мутация, можешь своей подружке не только цветы из тряпок подарить, но и чучело фазана на обед зажарить. Вон то, пыльное, что на шкафу стоит. Подливка из "Дихлофоса" к жареным опилкам самое то.
- Нахалы!! - заорала чародейка, отталкивая нависшего над ней Геральта и спрыгивая со стола.
И вдруг произошло нечто такое, от чего Торувьель вытаращила глаза и испуганно съехала по водосточной трубе назад во двор. Ведьмак с обнаженным мечом ринулся к окну и замер: прямо на уровне второго этажа библиотеки в воздухе висела целая кавалькада скелетов в доспехах, восседающих на костяках лошадей, увешанных обрывками сбруй. Впереди на останках каракового коня красовался порядком истлевший, затянутый паутиной субъект в лохмотьях киноварно-малинового плаща. Но в руках он почему-то держал не оружие, а покрытую пылью пишущую машинку.
- Хочешь послушать новости, Геральт? - спросил скелет, стуча челюстью.
- Ну... - недоверчиво буркнул ведьмак, недоумевая, что это за анатомический театр на прогулке.
- Боннарт выучил таблицу умножения! Дийкстра на самом деле - переодетая зерриканка! - сообщил костлявый всадник.
Все скелеты что-то одобрительно забормотали, кивая черепами.
- Врешь, небось.
- Правда, правда! А вот еще: каждому ведьмаку с завтрашнего дня повесят на ухо бирку с регистрационным номером!
- Ты гонишь! - не поверил Геральт.
- Конечно, - клацнул челюстью главскелет, - Мы же Дикий Гон! А знаешь, Весимир арестован за совращение ведьмачат, Йеннифэр беременна от низушка, а главная жрица Мелителе - от допплера Дуду, когда он был креслом, и скоро родит какой-нибудь предмет мебели...
Лицо Геральта исказилось от отвращения, он медленно вложил меч в ножны. Потом выхватил из рук скелета пишущую машинку и врезал ею собеседнику по черепу.
- Какая мерзость! Какая мерзость эта ваша желтая пресса! - в сердцах произнес ведьмак, - Заслать бы вас, гадов костлявых, мусор убирать, чтоб от вас хоть какая-то польза была.
Дикий Гонщик развалился и, гремя костями, осыпался на газон. Череп в шлеме с букараньоном обижено завыл, прыгая по клумбе с петуньями и щелкая частично выбитыми зубами:
- Это покушение на свободу слова! Мы будем жаловаться!
Геральт схватил с подоконника цветочный горшок и с нечеловеческой силой запустил его в толпу обнаглевших скелетов. Потом туда же, будто снаряд, полетел увесистый "Трактат о смерти неминуемой". В стане Дикого Гона началась свалка. Кавалькада превратилась в бесформенную подвывающую кучу костей и рухнула вниз вслед за командиром.
- Ты совсем заврался, - сказал Геральт главскелету, - Йен не заводит любовников среди нелюдей. Вон отсюда, пока я из ваших костей крахмал не сварил!
- Ха! - как бы между прочим вставила Фрингилья. - Йен не путается с нелюдьми? Расскажи это Фаоильтиарне, у которого на морде шрам от... - Фрингилья изобразила смущение и загадочно улыбнулась.
Геральт резко обернулся и вперил в любовницу хмурый взгляд:
- От сабельного удара у него шрам!
- Вообще-то сабель было десять, и все они оказались на проверку ногтями одной вульгарной мещанки из Венгерберга. Фаоильтиарна сдуру сказал ей наутро, что секс с чародейками - ерунда по сравнению с мировой революцией, - в голосе мадемуазель Виго проскользнул плохо замаскированный сарказм, - Я предупреждала тебя, Геральт, что связь с женщиной, у которой такая ужасная репутация, может сильно тебе повредить!
- Ничего подобного! - грубо оборвал подружку ведьмак, - Йен внесла свой вклад в борьбу с терроризмом, и не более того.
- О нет! - холодно усмехнулась чародейка, - Чтобы свести в могилу скоя'таэльского команданте, Йеннифэр должна была бы выйти за него замуж.
- Хватит! - рявкнул Геральт, - Наши отношения с Йен тебя, Фрингилья, никаким боком не касаются. Я не намерен сплетничать с тобой по этому поводу.
- Как знаешь, - надулась шпионка Ложи.
Геральт подумал, что это не к добру: он знал, на что способна влюбленная женщина в порыве ревности. Однажды Фрингилья совершенно беспочвенно приревновала его к княгине Анарьетте, и коварная месть не заставила себя долго ждать. Мадемуазель Виго организовала грандиозную вечеринку, пригласив кучу высокопоставленных особ, затем выпытала у любимой родственницы, в каком платье та намерена появиться, заказала точно такую же ткань и приказала обить ею всю мебель у себя в гостиной. Таким образом, у Йеннифэр могли начаться проблемы. Чтоб хоть как-то разрядить возникшее в душе раздражение, ведьмак высунулся в окно и злорадно заорал:
- Отправить тебя в приют для избиваемых жен, Фаоильтиарна? Как рожа-то, заживает?
Это было сказано на случай, если командир эльфийских партизан тоже тусуется где-то поблизости. Геральт от души надеялся, что Железный Волк попытался спрятаться от Дикого Гона в бассейне с водяными лилиями, благополучно там затонул и сейчас ржавеет на дне. Хотя вряд ли этот гад так поступит: Фаоильтиарна боялся только щекотки.
- Извини, Фрингилья, - серьезным тоном сказал Геральт, - Я должен идти.
- Куда?! - воскликнула мадемуазель Виго.
Она уже было снова расположилась на столе, подложив под голову первый том сочинения "О солтысах бесполезных и строптивых", но тут же рывком села, протягивая к возлюбленному руки.
- У меня контракт, - соврал ведьмак, - Я должен положить конец бесчинству вражеских орд на сельскохозяйственных угодьях приютившего меня Туссента.
- Только не говори, дорогой, что ты подрядился работать огородным пугалом, - насупилась шпионка Ложи, - Никуда ты не пойдешь, ибо я хочу заниматься с тобой любовью!
- Прости. У меня на это нет времени. Тут где-то в кустах шарится Фаоильтиарна. Кому, по-твоему, Торувьель со своей бандой потащила капусту? Я этого остроухого зайца...
- А я хочу заниматься с тобой любовью!! - оскорбленная чародейка запустила в Геральта "Строптивыми солтысами".
- Если ты хочешь присутствовать на его похоронах, надень то перламутрово-серое платье с аппликациями из норки. Оно тебе очень к лицу.
- Ты меня не любишь больше, Геральт. Ты меня больше не любишь? Ответь!
Но ведьмак, выхватив меч из ножен, уже решительно шел к дверям, готовый в любой момент разить на хруст пожираемой соперником капусты.
- Ну и убирайся! - крикнула Фрингилья Виго, - Придешь, когда прикончишь всех мужиков из списка "мимолетных увлечений" твоей венгербергской стервы! К тому времени точно настанет конец света - хлад, глад, время волчьей пурги, мне стукнет лет триста, и будет уже не до того!
Геральт громко хлопнул дверью.


Автор: Rokhan Rider.
16/04/2008.

Дата публикации: 2008-11-22 23:30:33
Просмотров: 18288



[ Назад ]
А. Сапковский
Анджей Сапковский

Мне очень повезло вырасти в доме, где читать очень любили, а книг было не счесть.

Интересное
Нет данных для этого блока.
Галерея





Архив
Показать\скрыть весь
Май 2019: Новости | Статьи
Апрель 2019: Новости | Статьи
Март 2019: Новости | Статьи
Февраль 2019: Новости | Статьи
Январь 2019: Новости | Статьи
Декабрь 2018: Новости | Статьи
Статистика